Запретное тепло в парной

Жар в парной стоял густой, почти масляный. Дрова в печке потрескивали ровно, пар поднимался от камней тяжёлыми клубами и оседа leg на коже сразу плёнкой. Сергей сидел на нижней полке, широко расставив ноги, локти на коленях. Тридцать четыре года, плечи как у человека, который таскает мешки с цементом с двадцати, пресс твёрдый, волосатая грудь мокрая, член уже не просто лежал — налился, тяжёлый, тёмный от крови, головка блестела. Он не прикрывался. Зачем.

Марко пришёл минут через десять. Дверь скрипнула, холодный воздух ударил по ногам, потом снова захлопнулась. Двадцать восемь, сухой, жилистый, как и должен быть тренер по кроссфиту: широкая спина, узкий таз, ноги сильные. Полотенце он бросил сразу на скамью и сел напротив, тоже голый. Они знали друг друга через общих — пиво после работы, иногда баня всей компанией, но никогда вдвоём и никогда так поздно. Сергей кивнул.

— Один сегодня? — Ага. Остальные слились. Ты тоже? — Жена с детьми у матери. Решил прогреться.

Голоса звучали спокойно, а воздух между ними уже дрожал. Пот катился по Сергею между лопаток, стекал по ложбинке пресса, капал на член. Марко смотрел. Не прятал глаза. Сергей ловил эти взгляды и тоже не отворачивался. Пар шипел, капли с потолка били по плечам. Тела блестели, запах мужского пота, берёзового веника и чего-то острого, животного смешивался в один тяжёлый коктейль.

Сергей первым перестал притворяться. Провёл ладонью по мокрому животу сверху вниз, медленно, пальцами зацепив дорожку волос, остановился у основания члена. Обхватил, чуть сжал, провёл вверх — головка вышла из крайней плоти полностью, блестящая, налитая. Поймал взгляд Марко прямо на своём стояке и ухмыльнулся уголком рта.

— Нравится смотреть?

Марко не отвёл глаз. Раздвинул бёдра шире, показал свой — тоже стоял колом, тоньше сергеева, но длинный, с чёткой венкой. Провёл по нему пальцами, размазал выступившую смазку.

— Долго ещё будем делать вид, что не хотим? — голос у него сел, хрипловатый. — Я с первого раза, как тебя увидел без майки на стройке у Кольки, думал об этом. Ты же тоже. Не ври.

Сергей кивнул один раз, коротко.

— Думал. Каждый раз, когда ты наклонялся за гантелью. Хотел раком поставить и въебать так, чтобы стонал. Без бухла. Просто вот так.

Он встал, подошёл. Доски скрипнули под весом. Марко смотрел снизу вверх, когда Сергей остановился между его раздвинутых ног. Ладонь легла на мокрое бедро тренера, большим пальцем провела по внутренней стороне вверх, почти до яиц.

— Скажи ещё раз, что хочешь. Вслух.

— Хочу твой хуй. В рот. В жопу. Хочу, чтобы ты меня выебал жёстко, как строитель, а не как нежный парень. И сам на тебя сяду. Согласен?

— Согласен. Полностью.

Марко соскользнул с полки на колени прямо на мокрые доски. Горячий пар бил в лицо, пот щипал глаза. Он взял толстый член Сергея обеими руками — не обхватывался одной полностью — и лизнул головку, собирая солоноватую смазку. Потом открыл рот шире и насадился сразу глубоко, до самого горла. Сергей тихо выругался сквозь зубы, пальцы вцепились в мокрые тёмные волосы Марко, не давя, просто держа.

— Блядь… глотаешь, сука, как голодный.

Марко мычал вокруг ствола, слюна стекала по яйцам, по подбородку, капала на пол. Он отсасывал жадно, шумно, втягивая щёки, языком работая по нижней стороне, occasionally вытаскивая почти до конца, чтобы снова насадиться по самые яйца. Горло сжималось, слёзы от напряжения смешивались с потом. Сергей двигался бёдрами коротко, в такт, трахая рот, но не грубо — давал Марко самому брать ритм. Влажные звуки заполняли парную: чмоканье, всхлипы, тяжёлое дыхание.

— Хватит. Встану — кончу тебе в глотку слишком рано.

Он вытащил блестящий от слюны член, поднял Марко за плечи, развернул и толкнул грудью на верхнюю полку. Марко сам упёрся локтями, выгнул спину, развёл ноги шире. Между ягодиц блестела дырочка, уже чуть открытая от возбуждения. Сергей сплюнул прямо на неё — густая слюна попала точно — размазал большим пальцем, пропихнул первую фалангу, потом вторую. Марко шипел и толкался назад.

— Не тяни. Я готов. Хочу чувствовать.

Сергей плюнул ещё раз, направил головку, упёрся и вошёл одним мощным толчком до середины. Жар, теснота, сопротивление — и сразу сдавленный стон Марко. Ещё толчок — и вошёл полностью, тяжёлые яйца шлёпнули по мокрой коже. Пауза на два удара сердца, потом начал ебать: резкие, глубокие, с оттяжкой. Каждый раз выходя почти до конца и вгоняя обратно до упора. Полкой ходили, пар взлетал от их движений. Шлепки кожи о кожу, влажные звуки, мат.

— Блядь, какой ты узкий… ещё… дави… вот так…

Марко упирался лбом в деревянную стену, пальцы белели на краю полки, сам подавался назад на каждый удар.

— Жёстче… давай жёстче, Серёг… выеби меня… я твой…

Сергей ускорился, держал его за бёдра мёртвой хваткой, пальцы оставляли следы. Пот лил с обоих ручьями. Потом вышел резко, перевернул Марко на спину, сел сам на полку и потянул его сверху.

— Сам скачи. Хочу смотреть, как ты на мне двигаешься.

Марко не спорил. Развёл колени по бокам от сергеевых бёдер, нащупал ствол, направил в себя и опустился медленно, с шипением, пока не сел полностью. Потом начал подниматься и падать — сначала осторожно, потом всё сильнее, используя силу ног и рук. Трахал себя сам сергеевым хуем, дроча свой стояк свободной рукой в том же ритме. Голова запрокинута, кадык ходит, мат рвётся из горла:

— Блядь… какой толстый… до самого пуза… ебусь на тебе… сейчас кончу… Серёга…

Сергей держал его за талию, помогал подбрасывать, сам вскидывал бёдра навстречу. Яйца хлопали, член внутри пульсировал уже близко. Марко сжимался вокруг него волнами.

— Я тоже… лью в тебя… прямо сейчас…

Сергей кончил первым — с глухим рыком, вжав Марко вниз до упора, заливая горячими толчками глубоко внутрь. Марко почувствовал это — жар, пульсацию — и сорвался следом: густые белые струи ударили ему на пресс, на грудь, на ключицы, одна даже до подбородка. Он продолжал мелко подрагивать, выдавливая остатки, пока сидел наливающийся спермой член внутри.

Они ещё пару минут тяжело дышали, не размыкаясь. Марко чуть покачивался, чувствуя, как тёплое стекает между ягодиц по сергеевым яйцам. Сергей гладил его мокрые бока ладонями, большие пальцы кружили по соскам. В парной всё ещё стоял густой жар, но между ними уже было другое — липкое, тяжёлое, ненасытное. Член Сергея внутри начал снова твердеть, медленно, упрямо. Марко это почувствовал, открыл глаза, ухмыльнулся устало и голодно одновременно.

— Ещё не всё, да? — Ещё даже близко не всё. Здесь до утра никого не будет. И у меня полно идей, что с тобой сделать на этих полках.

Марко медленно поднялся, давая члену выскользнуть с влажным звуком, и сперма сразу потекла сильнее. Он не вытерся — просто размазал её пальцами по внутренней стороне бедра и посмотрел на Сергея снизу вверх, всё ещё на коленях между его ног.

— Тогда не тормози. Я ещё не наглотался. И жопа ещё не наебана так, как я хочу. Покажи, на что способен здоровенный строитель, когда его никто не торопит.

Сергей провёл большим пальцем по губам Марко, вставил его в рот, дал пососать собственную сперму со вкусом. Глаза у обоих уже снова горели. Снаружи деревня спала, снег скрипел под чьими-то далёкими шагами, а в парной время будто остановилось — только пот, пар, тяжёлые члены и обещание, что ночь только начинается.

Жар не спадал. Сергей вытащил палец изо рта Марко, размазал слюну по его нижней губе и поднял его на ноги одним движением. Тридцатичетырёхлетний строитель был тяжелее, сильнее — ладони легли на узкую талию тренера, развернули его лицом к стене парной. Марко упёрся ладонями в горячие доски, выгнул поясницу сам, без приказа. Между ягодиц всё ещё блестела белёсая дорожка — сергеева сперма медленно стекала по внутренней стороне бедра.

— Ноги шире, — хрипло сказал Сергей. — И не сжимайся. Хочу войти сразу.

Марко развёл ступни, почувствовал, как толстая головка снова упёрлась в размякшее кольцо. Сергей не церемонился: одним длинным толчком вогнал себя до конца. Воздух вылетел из груди Марко свистящим стоном. Теснота обхватила ствол жадно, горячо, всё ещё скользко от предыдущего залпа. Сергей сразу взял жёсткий ритм — бёдра хлопали о мокрую задницу с мокрым шлепком, яйца били по яичкам тренера. Каждый удар вгонял глубже, раздвигал стенки, выталкивал остатки спермы, которая теперь текла по ногам обоих.

— Блядь… Серёг… ты меня разъебёшь… — Марко упирался лбом в дерево, пальцы скребли по полке. — Ещё… не останавливайся…

Сергей накрыл его собой, грудью к спине, одной рукой обхватил горло Марко спереди — не душит, просто держит, чувствует, как кадык ходит под ладонью. Второй рукой добрался до стоящего колом члена тренера, сжал крепко у основания и начал дрочить в том же бешеном темпе, в каком трахал.

— Ты сам просил жёстко, кроссфитер. Вот тебе жёстко. Чувствуешь, как я тебя насаживаю? Как твоя жопа хлюпает от моей спермы?

— Чувствую… блядь, до кишок… — Марко толкался назад навстречу, сам насаживался. Пот лил рекой, пар обжигал лёгкие. — Хочу ещё… кончи в меня снова… наполняй…

Сергей вышел почти полностью, оставил только головку внутри, потом вбил обратно до самого упора с такой силой, что Марко вскрикнул. Ещё. И ещё. Доски полки скрипели, стены будто вибрировали. Сергей чувствовал, как внутренности тренера пульсируют вокруг него, как кольцо сжимается и отпускает. Он ускорился, стал короче и злее — короткие мощные толчки, каждый до яиц. Марко уже не стонал — рычал, матерился обрывками, голос срывался.

— Сейчас… я… — Марко дёрнулся, его член в кулаке Сергея дёрнулся и выстрелил густыми белыми струями прямо на стену парной, на полку, на собственный живот. Он сжался вокруг сергеева хуя судорожно, волнами, и это вытолкнуло Сергея за край.

Сергей вжался намертво, рыкнул низко, почти зверино, и заливал его снова — горячие толчки один за другим, глубоко, щедро. Сперма смешивалась с предыдущей, вытекала по стволу, когда он чуть отстранился, текла по яйцам. Они дышали синхронно, тяжело, не размыкаясь ещё полминуты.

Потом Сергей вышел. Марко развернулся, глаза мутные, губы припухшие. Он опустился на колени снова, прямо на мокрые доски, обхватил обмякающий, но всё ещё толстый член обеими руками и начал вылизывать — длинными широкими мазками языка собирал свою и сергееву сперму, сосал головку, запускал язык в щёлочку уретры. Сергей смотрел сверху вниз, пальцы зарылись в мокрые волосы.

— Глотай. Всё.

Марко глотал, давился, но не останавливался. Когда член снова начал твердеть прямо у него во рту — быстро, жадно, как у молодого — он отстранился, глянул снизу вверх с той же усталой голодной ухмылкой.

— Хочу сверху. И хочу, чтобы ты меня держал за волосы и ебал мне глотку, пока я скачу.

Сергей сел на верхнюю полку, ноги широко. Марко забрался следом, спиной к нему, оседлал бёдра задом. Нащупал твёрдый ствол, направил в себя — на этот раз вошёл легче, но всё равно с шипением, потому что Сергей был толстый, и после двух раз внутри всё ещё горело приятной жгучей полнотой. Марко опустился до конца, сел ягодицами на чужие бёдра и начал подниматься-опускаться, используя всю силу ног двадцативосьмилетнего тренера. Ритм сначала медленный, глубокий — он сам контролировал угол, сам насаживался так, чтобы головка била именно туда, где искры.

Сергей держал его за бёдра, помогал, потом перехватил за затылок, наклонил голову назад и заставил выгнуть шею. Второй рукой взял свой член у основания, когда Марко поднялся, и в следующий миг, когда тот опускался, Сергей сам толкнул бёдрами вверх навстречу — жёстко, вгоняя глубже.

— Ртом. Давай.

Марко наклонился вперёд-вбок, насколько позволяла поза, открыл рот. Сергей направил его голову ниже, к своему лицу, но вместо поцелуя просто плюнул ему на язык, потом протолкнул два пальца глубоко в глотку. Марко захлебнулся, слюна потекла, но продолжал скакать, насаживаясь сильнее. Пальцы трахали рот в том же ритме, что хуй — жопу. Влажные звуки, хрипы, шлепки.

Сергей вытащил пальцы, схватил Марко за волосы крепче и притянул голову назад ещё сильнее, почти до боли. Другой рукой обхватил его горло спереди снова.

— Смотри на меня. Хочу видеть, как ты кончаешь, когда я тебя рву.

Марко смотрел. Глаза стеклянные, рот открыт, слюна на подбородке. Он ускорился сам — ноги работали как поршни, задница шлёпала о бёдра с мокрым чавканьем. Внутри всё горело, растягивалось, наполнялось. Сергей начал вскидывать бёдра навстречу жёстче, короче, каждый раз до упора. Свободной рукой добрался до члена Марко, сжал, провёл большим пальцем по уздечке, размазал выступившую смазку.

— Кончай. Сейчас. На себя. Хочу видеть.

Марко сорвался с криком — струи ударили ему на грудь, на живот, на руки Сергея. Он сжался вокруг ствола так сильно, что Сергею хватило трёх глубоких толчков. Он вжал Марко вниз до кости, удерживая за волосы и за горло, и кончил третьим залпом — долго, пульсируя, заливая горячо и обильно. Марко чувствовал каждый толчок внутри, как полость заполняется снова, как переполняется и начинает течь наружу по яичкам строителя.

Они замерли. Марко всё ещё сидел на нём, мелко дрожа. Сергей медленно отпустил волосы, провёл ладонями по мокрой спине тренера, по бокам, собрал чужую сперму с живота и вложил пальцы Марко в рот. Тот пососал без слов, вылизывая.

Потом Марко медленно поднялся. Член выскользнул с длинным влажным звуком, и белая густая смесь сразу потекла ручьём по бёдрам, капала на доски. Марко не вытерся. Он развернулся лицом к Сергею, опустился между его ног на колени в третий раз и начал вылизывать всё — член, яйца, промежность, собирая языком то, что вытекало из него самого. Сергей откинулся спиной на стену, глаза полуприкрыты, рука лежала на затылке Марко, направляя, но не принуждая.

Когда оба снова дышали ровнее, Сергей поднял его, усадил рядом на полку. Они сидели бок о бок, ноги касались, пот стекал, пар шипел. Сергей провёл ладонью по внутренней стороне бедра Марко, задел всё ещё чувствительную, припухшую дырочку пальцами, протолкнул два сразу — легко, скользко. Марко только выдохнул и раздвинул ноги шире.

— Утро ещё далеко, — сказал Сергей тихо. — И я ещё не наебался. Хочу тебя раком на нижней полке. Хочу, чтобы ты держал себя открытым пальцами, пока я вставляю. Хочу кончить тебе на язык и заставить проглотить. Хочу, чтобы ты меня тоже выебал — жёстко, по-своему. Согласен?

Марко кивнул, голос сел окончательно:

— Согласен. Всё. Делай со мной что хочешь. Я твой до рассвета.

Сергей встал, потянул его вниз на нижнюю полку. Марко встал раком сам, лбом на скрещенные руки, задницу выставил высоко. Сам дотянулся назад, развёл ягодицы пальцами, показал розовое, раздолбанное, блестящее от спермы кольцо. Сергей плюнул туда густо, направил уже снова каменный член и вошёл одним медленным, но беспощадным движением до самого конца. Марко застонал в пол, длинно, сорвано.

И ночь продолжила их жрать — шлепки, мат, пар, мокрые тела, которые больше не притворялись.

Когда за окном уже серело, а дрова в печи почти догорели, они лежали прямо на полу парной, переплетённые, скользкие, опустошённые. Сергей всё ещё был внутри Марко — медленно, лениво толкаясь последними слабыми фрикциями, пока из них обоих текло на доски. Марко шептал что-то бессвязное ему в шею, пальцы вцепились в волосатую грудь строителя.

А снаружи деревня просыпалась, не зная, что в этой парной двое взрослых мужиков только что вытрахали друг из друга всё, что копилось годами.