Её белая киска впервые раздвинулась перед его черным стволом с согласия мужа

Анна и Дмитрий уже год сходили с ума от одной и той же фантазии. Двадцативосьмилетняя стройная блондинка с идеально белой кожей, которая никогда не загорала, лежала по ночам рядом с мужем и шептала ему на ухо, как хочет почувствовать, как ее тугая белая киска впервые раздвинется перед толстым черным стволом. Дмитрий, слушая это, тверд как камень, дрочил себе и кончал на ее гладкий живот, представляя, как его жена стонет под настоящим черным быком. Они смотрели порно, читали истории, но все оставалось только словами, пока тем вечером в баре не появился Марк.

Ему было тридцать два, высокий, широкоплечий, с мощными руками и уверенной походкой. Черная кожа блестела под приглушенным светом, а когда он улыбнулся, Анна почувствовала, как у нее мгновенно намокли трусики. Они разговорились. Через двадцать минут разговор уже шел без обиняков. Анна, краснея, но не отводя глаз, сказала прямо:

— Мы с Димой уже год об этом мечтаем. Я хочу, чтобы мой муж увидел, как моя белая киска впервые растянется на огромном черном члене. Полностью. Глубоко. С его согласия.

Дмитрий сжал ее коленку под столом и добавил хриплым от возбуждения голосом:

— Да, Марк. Мы оба этого хотим. Она уже течет, пока мы тут сидим. Посмотри на нее — она буквально дрожит от желания попробовать настоящий черный хуй.

Марк откинулся на стуле, его глаза медленно прошлись по белому декольте Анны, по ее длинным ногам. Улыбка стала хищной.

— Вы серьезные, да? Потому что мой член уже стоит колом. Я с удовольствием разъебу твою белую пизду, Анна. Буду долбить так, что ты забудешь, как звать мужа. И он будет смотреть, как я заполню тебя своей спермой.

Желание между ними горело так ярко, что воздух казался густым. Они обменялись телефонами, и следующие три дня переписка превратилась в настоящее порно. Анна присылала фото своей гладкой киски с подписью «уже течет, представляю, как ты в меня войдешь». Марк отвечал голосовыми, где подробно рассказывал, как будет держать ее за белые бедра и вгонять свой толстый черный ствол до самого конца. Дмитрий читал все это вместе с женой, трахал ее раком и заставлял повторять вслух слова Марка, пока она не кончала, крича чужое имя.

В пятницу вечером в дверь позвонили. Анна открыла в полностью прозрачном черном белье. Тонкие кружева ничего не скрывали: розовые соски торчали, а между ног уже блестели нити ее соков. Марк вошел, и его взгляд сразу упал на ее тело.

— Блядь, какая же ты белая… — выдохнул он.

Анна сразу начала дразнить. Она повернулась спиной, прогнула спину и раздвинула ножки, показывая, как ее киска уже набухла и капает.

— Смотрите оба, — сказала она дрожащим от похоти голосом. — Я теку просто от того, что он здесь. Моя белая киска готова для твоего черного ствола, Марк. Она никогда не была такой мокрой.

Дмитрий сидел в кресле, уже расстегнув штаны и медленно поглаживая свой член. Его глаза блестели.

— На колени, малышка, — сказал он твердо. — Покажи гостю, как ты умеешь сосать. Встань перед ним и попробуй этот большой черный хуй на вкус. Я хочу видеть, как твои белые губки растянутся вокруг него.

Анна послушно опустилась на колени прямо посреди гостиной. Руки дрожали, когда она расстегнула брюки Марка. Огромный черный член вырвался наружу, тяжелый, толстый, с выступающими венами и большой блестящей головкой. Анна облизнула губы.

— Он такой огромный… — прошептала она, обхватывая ствол обеими руками. — Я даже не знаю, поместится ли он весь.

Она открыла рот и начала работать языком, облизывая головку, потом медленно заглатывая, насколько могла. Слюни текли по подбородку, по черному стволу. Марк тихо рычал, держа ее за волосы. Дмитрий дрочил быстрее, глядя, как жена жадно сосет чужой член.

— Вот так, шлюшка, — похвалил Марк. — Глубже. Покажи мужу, как ты хочешь быть ебаной черным хуем.

Анна оторвалась, тяжело дыша, с нитями слюней на губах. Ее глаза были совершенно безумными от похоти.

— Марк… пожалуйста… я больше не могу. Возьми меня. Засади свой толстый черный ствол в мою белую киску. Я хочу почувствовать, как ты меня полностью растянешь. Прямо сейчас.

Марк поднял ее, как пушинку, и сел на широкий диван. Анна забралась сверху, дрожащими пальцами направила огромную головку к своей щели. Белые половые губки медленно раздвинулись, обхватывая черную плоть. Она начала опускаться, чувствуя, как ее киска растягивается до предела.

— Ааааах, блядь… он такой толстый! — стонала она, кусая губу. — Смотри, Дима… смотри, как моя белая киска пожирает его черный член…

Она полностью насадилась, и ее глаза закатились. Начала скакать — сначала медленно, потом все быстрее. Ее белые сиськи прыгали перед лицом Марка, киска громко чавкала, обильно смазывая черный ствол своими соками. Марк хватал ее за задницу, вгоняя член до самого основания, ударяя в матку. Каждый толчок заставлял ее кричать.

Потом он резко перевернул ее раком, поставив на четвереньки на мягком ковре. Сзади вошел одним мощным движением, до упора. Анна заорала от удовольствия. Марк начал долбить ее жестко, быстро, шлепая тяжелыми яйцами по ее клитору. Ее белая кожа покраснела от его хватки, волосы растрепались.

— Трахай меня сильнее! — вопила она. — Разъеби мою белую пизду! Я твоя сегодня!

Дмитрий не выдержал. Он встал перед женой, сунул свой член ей в рот. Анна жадно засосала, пока ее жестко ебал Марк. Двойное проникновение довело ее до дикого оргазма — она дрожала, мычала вокруг члена мужа, а ее киска сжималась вокруг черного ствола.

Марк зарычал:

— Кончаю! Получай всю мою сперму глубоко внутрь, белая сучка!

Горячие мощные струи ударили в самую глубину. Анна кончила снова, чувствуя, как ее заполняют. Когда Марк вышел, из ее растянутой киски сразу потекла густая белая сперма.

Они тут же поменялись. Дмитрий вошел в горячую, полную чужой спермы пизду жены. Ощущение было невероятным — скользко, горячо, развратно.

— Блядь, я чувствую его кончу… она там внутри тебя, — стонал он, трахая ее быстрыми толчками.

Марк встал перед Анной и сунул свой все еще твердый черный член, покрытый смесью ее соков, своей спермы и ее кремовых выделений, прямо ей в рот.

— Соси. Вылижи свою белую пизду с моего хуя. Хорошая девочка.

Анна сосала жадно, глотая все, что осталось, пока муж долбил ее переполненную спермой киску. Она дрожала в непрерывном оргазме, слезы удовольствия текли по щекам.

Когда они наконец остановились, Анна, вся дрожащая, в сперме и своих соках, повернулась к мужу. Она поцеловала его глубоко, страстно, языком передав вкус всего, что только что произошло.

— Спасибо, любимый… — прошептала она ему в губы. — Спасибо за этот подарок. Ты подарил мне такое, о чем я мечтала.

Потом она повернулась к Марку, опустилась ниже и начала жадно вылизывать его черный член полностью. Языком проходила по каждой вене, облизывала тяжелые яйца, высасывала последние капли спермы из головки. Она делала это медленно, с наслаждением, словно не могла остановиться.

Но даже теперь, когда все трое тяжело дышали, лежа на диване и полу, Анна чувствовала, как ее тело все еще пульсирует. Ее киска, полная спермы Марка, продолжала сжиматься, требуя еще. Она поймала взгляд мужа, потом взгляд Марка — и в обоих увидела то же самое голодное пламя. Ночь только начиналась, и она понимала, что это было лишь первое настоящее проникновение. Ее белая киска уже мечтала о следующем раунде, еще более жестком, еще более грязном, и она знала, что муж не остановит ее. Наоборот — он сам будет просить продолжения.

Анна все еще лежала между ними на смятых простынях, ее белое тело блестело от пота и густых потеков спермы, которая медленно вытекала из растянутой киски и стекала по внутренней стороне бедер. Двадцативосьмилетняя блондинка чувствовала, как ее нутро пульсирует, требуя продолжения, словно первый раунд только разбудил настоящую похоть. Она провела пальцами по своей щели, собрала теплую смесь и поднесла к губам, облизывая их медленно, с наслаждением. В голове крутилось только одно: «Это было слишком хорошо, чтобы остановиться. Я хочу, чтобы меня долбили до потери сознания, чтобы муж видел, как я превращаюсь в полную блядь для этого черного хуя».

Она повернулась к Дмитрию, своему тридцатиоднолетнему мужу, который сидел в кресле у кровати с уже снова твердым членом в руке, и посмотрела на Марка — тридцатидвухлетнего широкоплечего черного мужчину, чей толстый ствол лежал на бедре, все еще мокрый и полуготовый. Анна раздвинула ноги шире, показывая им обоим, как ее белые половые губы опухли и блестят.

— Я не насытилась, мальчики, — выдохнула она хриплым, дрожащим от желания голосом. — Моя киска все еще сжимается вокруг его спермы и хочет больше. Марк, возьми мою жопу. Прямо сейчас. Я хочу почувствовать, как твой огромный черный ствол растянет и ее. Дима, ты будешь смотреть в упор и дрочить. Согласись, любимый, ты же хочешь увидеть, как я беру его в обе дырки.

Дмитрий сглотнул, его глаза горели. Он кивнул, сжимая свой член сильнее.

— Да, шлюшка моя. Я хочу этого. Раздвинься перед ним полностью. Покажи, какая ты грязная, когда черный хуй входит туда, куда я никогда не доставал.

Марк усмехнулся хищно, его белые зубы блеснули на темном лице. Он встал, подхватил Анну за талию, как будто она весила ничего, и поставил ее раком на краю кровати. Ее белая задница высоко задралась, киска капала, а розовая попка слегка подрагивала. Марк плюнул на ладонь, натер свой вновь вставший толстый черный член — вены на нем выступали, головка блестела — и приставил его к ее заднему отверстию. Анна закусила губу, чувствуя давление. «Это будет больно, но я хочу этой боли, — пронеслось у нее в голове. — Хочу, чтобы он меня разорвал и собрал заново».

Марк вошел медленно, но безжалостно, растягивая ее тесную попку сантиметр за сантиметром. Анна заорала, пальцы вцепились в простыни, спина прогнулась. Когда он наконец вошел до самого основания, его тяжелые яйца прижались к ее мокрой киске, она уже дрожала в первом анальном оргазме. Марк начал двигаться — сначала осторожно, потом все жестче, шлепая своими мощными бедрами по ее белой заднице, оставляя красные отпечатки ладоней. Каждый толчок заставлял ее кричать, киска брызгала соками на кровать, а попка чавкала вокруг черного ствола.

— Вот так, белая сучка, — рычал Марк, хватая ее за волосы и дергая голову назад. — Твоя жопа сосет мой хуй лучше, чем любая пизда. Скажи мужу, как тебе нравится быть ебаной в зад черным быком.

— Дима… смотри… он разъебает мою жопу! — стонала Анна сквозь слезы удовольствия. — Его черный ствол такой толстый, он заполняет меня всю… я кончаю, блядь, я не могу остановиться!

Дмитрий подошел ближе, почти вплотную, чтобы видеть, как черная плоть исчезает в белой попке жены. Он дрочил быстро, его дыхание было тяжелым. Анна протянула руку, схватила его член и начала сосать, пока Марк долбил ее сзади все быстрее. Шлепки, чавканье, ее приглушенные стоны вокруг члена мужа заполнили спальню. Она кончила второй раз, ее тело билось, попка сжималась вокруг Марка так сильно, что он зарычал и начал кончать, заливая ее горячим семенем глубоко внутри. Когда он вышел, из ее растянутой жопы сразу потекла густая белая сперма, смешиваясь с той, что уже была в киске.

Они не дали ей даже отдышаться. Марк лег на спину, его черный член стоял вертикально, блестящий от спермы и ее соков. Анна, шатаясь, забралась сверху, направила его головку в свою переполненную пизду и села одним движением. Ее белые сиськи запрыгали перед его лицом, соски торчали, как камешки. Она начала скакать, чувствуя, как его ствол бьет в самую матку, а сперма из предыдущих кончаний хлюпает и выдавливается наружу при каждом опускании. «Он меня полностью переделывает, — думала она в бреду. — Моя киска теперь навсегда будет помнить форму его хуя. И Дима это видит, и ему это нравится. Я так его люблю за это».

Дмитрий встал сзади, смазал свой член ее же соками и спермой, которая текла из жопы, и медленно вошел туда снова. Теперь они были в ней оба — черный толстый ствол в белой киске, муж в только что выебанной попке. Анна потеряла дар речи. Она просто выла, зажатая между двумя телами, ее белая кожа терлась о черную и привычную родную. Двойное проникновение доводило ее до исступления: она чувствовала, как два члена трутся через тонкую стенку, как ее дырки растянуты до предела, как клитор трется о лобок Марка при каждом толчке.

— Ебите меня вместе! — наконец выкрикнула она, когда смогла выдавить слова. — Я ваша общая белая пизда! Разъебите меня, заполните обе дырки своей спермой! Марк, сильнее, долби мою белую киску своим черным хуем, чтобы муж почувствовал, как ты меня растягиваешь!

Они нашли ритм — жесткий, быстрый, животный. Кровать скрипела, тело Анны тряслось, ее волосы растрепались, по белым щекам текли слезы чистого удовольствия. Она кончала почти непрерывно, ее киска сжималась вокруг черного ствола, выдавливая кремовые выделения, попка пульсировала вокруг члена мужа. Марк схватил ее за сиськи, щипал соски, рычал грязные слова прямо в лицо:

— Ты теперь моя, белая шлюха. Каждый раз, когда муж будет тебя трахать, ты будешь думать только о моем черном хуе. Кончай на нем, сучка!

Дмитрий, дыша ей в затылок, шептал:

— Я люблю тебя такой… ебанной, полной чужой спермы… кончай для нас, малышка.

Когда они кончили одновременно, Анна почувствовала, как в нее врываются две мощные струи — горячая сперма Марка заливает матку, а семя мужа заполняет жопу. Она закричала так, что голос сорвался, и рухнула на грудь Марка, дрожа в финальном, самом сильном оргазме. Из обеих ее дырок хлестало, простыни промокли насквозь.

Но даже после этого она не остановилась. Спустившись ниже, Анна жадно взяла в рот все еще твердый черный член Марка, облизывая его от самых яиц до головки, высасывая каждую каплю смеси — своей киски, своей жопы, его спермы, кремовых выделений. Язык проходил по каждой вене, она глубоко заглатывала, давясь, но не останавливаясь. Дмитрий в это время трахал ее лежащую на боку пизду, используя всю эту грязь как лучшую смазку. Она мычала вокруг черного хуя, глотала, просила еще. Они сделали еще два полных круга — Марк ебал ее стоя у окна, держа на весу, ее ноги обхватывали его талию, белые груди подпрыгивали в такт жестким толчкам; потом все трое на полу, где она сосала обоих по очереди, пока они кончали ей на лицо и в открытый рот. Каждый раз она благодарила, целовала мужа, передавая вкус черного члена, и шептала, как сильно любит его за этот подарок.

К утру комната пахла чистым сексом — спермой, ее соками, потом. Анна лежала между ними, полностью опустошенная, с опухшими губами, красными от хватки бедрами и двумя дырами, которые продолжали слегка подрагивать и выталкивать остатки. Она улыбалась, проводя рукой по черной груди Марка и по руке мужа.

Но даже теперь, когда силы закончились, она уже знала, что через пару дней снова будет писать Марку и умолять прийти.

Теперь ее белая киска принадлежала только его черному стволу.