Массаж друга разбудил в ней запретную страсть

Анна стояла у окна своей квартиры на окраине города и поправляла тонкую домашнюю блузку. Двадцать восемь лет, пышная грудь, узкая талия и округлые бёдра — тело домохозяйки, которая всё ещё вызывала взгляды на улице. Муж Рафаэль, тридцать два, офисный клерк с вечной усталостью в глазах и всё более редкими эрекциями, сидел на диване и растирал поясницу.

— Спина опять заклинила, — бурчал он. — Сидел весь день за монитором.

В дверь позвонили. Вошёл Бруно — старый друг Рафаэля, тридцать лет, профессиональный массажист. Широкие плечи, сильные руки с заметными венами, тёмные волосы, уверенная улыбка. Он обнял Рафаэля за плечи, а Анне кивнул чуть дольше, чем требовала вежливость, и его взгляд скользнул по её бёдрам.

— Спина болит? — сразу спросил Бруно. — Давайте, оба. Я как раз с маслом. Расслабляющий массаж. Анна, ты тоже — судя по осанке, за день набегалась.

Рафаэль кивнул, даже обрадовался. Анна колебалась секунду, потом согласилась. Они разостлали большое покрывало в гостиной. Рафаэль лёг первым. Бруно быстро размял ему спину жёсткими, профессиональными движениями, но без особого жара — скорее из вежливости. Потом очередь Анны.

Она сняла блузку, осталась в тонком бюстгальтере и коротких шортах. Легла на живот. Бруно разогрел масло в ладонях. Когда его пальцы легли на её лопатки, Анна тихо выдохнула. Руки были горячие, сильные, совсем не такие, как у Рафаэля. Бруно медленно провёл большими пальцами вдоль позвоночника, разминая каждый узел. Масло блестело на её коже. Он спустился к пояснице, надавил сильнее — и Анна невольно чуть приподняла бёдра.

Рафаэль сидел в кресле напротив, сначала просто наблюдая. Но когда Бруно перешёл на бёдра, раздвигая ладонями мягкую плоть через ткань шорт, Рафаэль заметил, как у жены участилось дыхание. Щёки порозовели. Соски затвердели и явно проступали сквозь тонкий бюстгальтер.

Бруно работал молча, но пальцы уже гладили внутреннюю сторону бёдер — ещё профессионально, ещё «массаж», но с каждой секундой ниже и смелее. Он чуть развёл её ноги, чтобы лучше размять ягодицы. Анна закусила губу. Между ног стало влажно, ткань шорт липла к коже. Рафаэль впервые увидел это так близко: жена под чужими руками дрожит совсем не от боли в мышцах.

— Какое горячее тело, — тихо сказал Бруно, уже не скрывая. — Мягкое, послушное. Рафаэль, тебе повезло.

Анна сначала пыталась держаться. Стыд жёг щёки — муж смотрит. Но руки Бруно теперь открыто мяли её ягодицы, большие пальцы скользили к ложбинке, чуть раздвигая. Он наклонился ближе, тёплое дыхание коснулось её уха:

— Ты вся напряжена здесь… и мокрая уже, да? Я чувствую.

Анна тихо застонала. Сама раздвинула ноги шире. Шорты съехали. Бруно стянул их медленно, вместе с трусиками. Влажные губы блестели маслом и её соком. Рафаэль подался вперёд в кресле, рот приоткрыт. У него в штанах почти ничего не шевелилось — только холодный комок в животе.

Бруно гладил внутреннюю сторону бёдер, поднимаясь всё выше. Два пальца легли на набухшие губы, раздвинули, нашли клитор. Круговые движения. Анна всхлипнула и сама подалась назад, насаживаясь.

— Ещё… глубже, — прошептала она, глядя уже не на мужа, а через плечо на Бруно.

Рафаэль хотел что-то сказать — остановить, возмутиться. Но голос застрял. Анна смотрела на массажиста с открытым желанием, бёдра дрожали, пальцы Бруно уже входили в неё по вторую костяшку, мокро чавкая. Оба хотели. Это было видно в каждом движении. Рафаэль только сжал подлокотники.

Анна резко села, стянула бюстгальтер. Тяжёлая грудь высвободилась, соски тёмные, твёрдые. Она повернулась к Бруно на коленях, расстегнула ему джинсы. Толстый, тяжёлый член выскользнул — толще и длиннее, чем у Рафаэля даже в лучшие дни. Анна обхватила ствол ладонью, провела языком по головке, собирая смазку, и взяла в рот глубоко, щёки впали. Глаза подняла на мужа.

— Смотри, — пробормотала она вокруг члена, слюна стекала по подбородку. — Беспомощный рогоносец. Сидишь и смотришь, как настоящий мужчина мне в глотку заходит. У тебя же даже не встаёт, правда?

Рафаэль молчал, лицо горело. Анна сосала жадно, одной рукой лаская яйца Бруно, другой — собственную киску. Бруно держал её за волосы, направляя, но не грубо — она сама насаживалась ртом до упора, давясь, слёзы на ресницах от глубины.

Потом он поднял её, развернул раком на покрывале. Встал на колени сзади, головкой провёл по мокрым губам и одним толчком вошёл до конца. Анна вскрикнула — растянуло сильно, горячо. Бруно сразу взял жёсткий ритм, бёдра шлёпали о её ягодицы. Ладонь опустилась на правую щёку — шлепок, красный след. Ещё. Ещё. Анна кричала в голос, подаваясь назад на каждый удар.

— Вот так… еби меня… сильнее… — стонала она. — Муж смотрит, пусть видит, как меня разъебывают.

Бруно шлёпал ритмично, пальцы второй руки впивались в бедро, удерживая. Киска чавкала, сок стекал по бёдрам на покрывало. Рафаэль видел всё: как толстый ствол растягивает жену, как её дырочка обхватывает чужой член, как грудь качается под каждым толчком. Анна смотрела на него через растрёпанные волосы и улыбалась пьяно от удовольствия.

Бруно вышел, перевернул её на спину. Закинул ноги Анны себе на плечи, сложил почти пополам и снова вошёл — теперь ещё глубже. Удар за ударом, головка била в точку внутри, от которой у Анны глаза закатывались. Она царапала его плечи, кричала без стеснения:

— Да… там… ещё… я сейчас…

Первый оргазм накрыл резко — киска сжалась пульсирующими кольцами, ноги задёргались на его плечах. Бруно не остановился, продолжал долбить сквозь судороги. Анна задыхалась, второй оргазм накатил почти сразу, она закричала громче, пальцы вцепились в покрывало. Соки хлынули сильнее, слышно было, как мокро шлёпает плоть о плоть.

Рафаэль сидел неподвижно. В штанах слабо шевельнулось — впервые за долгое время, но стыд жёг сильнее возбуждения. Анна, всё ещё под ним, протянула руку к мужу.

— Иди ближе, — хрипло сказала она. — Смотри, как меня трахают. Смотри, какой я мокрый рогоносец делаю из тебя…

Бруно замедлил, но не вышел. Глубокие, ритмичные толчки. Он наклонился, лизнул её сосок, прикусил. Анна снова начала всхлипывать, приближаясь к третьему. Ноги на его плечах дрожали. Масло, пот, её сок — всё блестело на коже. Бруно смотрел на Рафаэля поверх её тела и ухмыльнулся коротко, продолжая вгонять член до основания.

Анна уже не стеснялась ни звуков, ни слов. Она стонала мужу прямо в лицо, когда тот involuntary подвинулся ближе на краешек кресла:

— Он глубже тебя… толще… я кончаю от него, а ты только смотри…

Бруно снова ускорился. Комната наполнилась влажными шлепками и криками Анны. Она кончила снова, громко, тело выгнулось дугой, киска забила вокруг члена. Бруно держал её ноги крепко, не давая сомкнуть, и продолжал глубокие движения, растягивая её оргазм, заставляя всхлипывать и дёргаться.

Рафаэль видел, как жена полностью отдаётся, как её лицо искажается от наслаждения, которого он давно не мог ей дать. Бруно всё ещё был твёрд внутри неё, медленно покачивал бёдрами, не спеша заканчивать. Анна лежала раскинувшись, грудь тяжело вздымалась, ноги всё ещё на его плечах. Она повернула голову к мужу, глаза блестели, губы припухли от стонов и минета.

— Это только начало, — тихо, почти ласково сказала она. — Он ещё не кончил. И я хочу ещё. Хочу, чтобы ты сидел и смотрел, как меня будут брать дальше. Понял, мой хороший рогоносец?

Бруно медленно вышел, член блестел от неё, тяжёлый, готовый. Анна потянулась рукой, снова обхватила его ствол, направляя к губам, но смотрела при этом только на Рафаэля. В гостиной пахло сексом, маслом и потом. Рафаэль сглотнул, не в силах ни встать, ни остановить. Напряжение висело густое, тяжёлое — всё только разгоралось.

Анна обхватила блестящий от её соков ствол Бруно и провела языком от яиц до головки, не отрывая глаз от Рафаэля. Слюна смешалась с её влагой, тонкая ниточка тянулась от губ, когда она отстранилась на секунду.

— Смотри, как он блестит после меня, — прошептала она. — Твой друг только что выебал твою жену до трёх оргазмов, а теперь я снова беру его в рот. И ты сидишь. Сидишь и дрожишь.

Рафаэль сглотнул. В штанах наконец шевельнулось по-настоящему — жалкая, полумёртвая эрекция, которая только подчёркивала разницу. Бруно стоял на коленях, держал Анну за волосы и медленно насаживал её рот на себя. Толстая головка растягивала губы, исчезла за щекой, потом глубже — Анна подавилась, но не отстранилась, наоборот, пропустила ещё. Горло сжалось вокруг ствола. Слёзы выступили на глазах от усилия, но она смотрела только на мужа, пока слюна стекала по подбородку на тяжёлую грудь.

— Глубже бери, — тихо сказал Бруно, голос ровный, почти ласковый. — Пусть видит, как ты умеешь. Он же сам пригласил.

Анна кивнула, насаживаясь до упора. Нос уткнулся в тёмные волосы у основания. Она держала так несколько секунд, пока глаза не закатились, потом отпустила, кашляя, но сразу снова облизала ствол целиком, собирая слюну ладонью и размазывая по яйцам. Рафаэль видел каждую венку, каждую пульсацию. Его собственный член слабо дёрнулся в белье — и этого было достаточно, чтобы Анна усмехнулась прямо на чужой головке.

— О, смотри-ка. У рогоносца встал. От того, как я сосу чужой хуй. Какая прелесть.

Она поднялась на четвереньки, оттолкнула Бруно к дивану и сама села сверху спиной к нему, лицом к мужу. Раздвинула ягодицы пальцами, нашла головку и медленно, с громким мокрым звуком, опустилась до конца. Бруно выдохнул сквозь зубы, ладони легли на её бёдра. Анна начала двигаться — сначала медленно, чтобы Рафаэль видел, как толстый ствол исчезает в ней сантиметр за сантиметром, как губы растягиваются, как сок пеной собирается у основания. Потом быстрее. Грудь подскакивала. Соски тёмные, налитые, она сама сжала их, выкрутила, застонала.

— Чувствуешь, как она тебя сжимает? — бросил Бруно Рафаэлю через плечо жены. — Горячая, узкая, уже после трёх раз. А тебе она так не отдаётся. Правда, Анна?

— Правда, — выдохнула она, ускоряясь. Ягодицы шлёпали о бёдра Бруно. — У тебя даже нечем. Маленький, мягкий… а это — настоящее. Разносит меня. Вот так… вот… блядь…

Она кончила четвёртый раз верхом, тело выгнулось, киска запульсировала видимыми кольцами вокруг ствола. Сок брызнул на покрывало и на яйца Бруно. Рафаэль подался вперёд, пальцы впились в подлокотники. Стыд жёг лицо, но взгляд не мог оторваться: жена скакала на чужом члене, открыто, жадно, лицо искажено наслаждением, которого он ей давно не давал.

Бруно обхватил её за талию, поднял и поставил на ноги. Развернул к креслу, где сидел Рафаэль. Поставил Анну между ног мужа, заставил наклониться. Лицо жены оказалось в сантиметрах от лица Рафаэля. Бруно вошёл сзади одним толчком — мокрое чавканье, шлепок кожи о кожу. Анна вскрикнула прямо мужу в рот.

— Целуй меня, пока он ебёт, — потребовала она. — Целуй свою мокрую шлюху.

Рафаэль поцеловал. Губы дрожали. Анна впилась в него жадно, языком, кусая, пока Бруно долбил жёстко, глубоко, держа за бёдра. Каждый удар толкал её вперёд — грудь мазала по груди мужа, соски тёрлись о его рубашку. Она оторвалась от поцелуя, слюна блестела на подбородке.

— Расстегни. Хочу видеть, какой у тебя жалкий стоит от этого.

Рафаэль дрожащими пальцами расстегнул ремень. Вытащил. Действительно — полутвёрдый, тонкий, мокрый от предэякулята. Анна рассмеялась коротко, хрипло, и снова застонала, когда Бруно ударил особенно глубоко, упираясь в шейку.

— Вот и весь ты. А теперь дрочи. Дрочи и смотри, как настоящий хуй меня разносит. Не смей кончать, пока я не разрешу.

Он подчинился. Сжал себя, двигал рукой в такт толчкам Бруно. Анна смотрела вниз, между их тел, видела, как чужой толстый ствол выходит мокрым и снова исчезает в ней до основания. Её клитор набух, торчал. Она провела пальцами, потёрла кругами, и пятый оргазм накрыл резко — ноги подкосились, она повисла на руках Бруно, киска захлёбывалась вокруг члена, сок стекал по внутренней стороне бёдер на пол.

Бруно не дал ей отдышаться. Вытащил, перевернул на спину прямо на покрывале у ног Рафаэля. Закинул её ноги себе на плечи снова, но теперь ближе — так, что Рафаэль видел всё в упор: растянутую дырку, как она пульсирует, как принимает ствол обратно. Бруно начал трахать медленно, демонстративно, вынимая почти полностью и вгоняя до яиц. Масло, пот, её сок — всё блестело. Анна тянулась рукой к мужу, схватила его за запястье, заставила коснуться места, где их тела соединялись.

— Ощупай. Почувствуй, как он во мне. Какой толстый. Как я теку на него.

Рафаэль коснулся. Пальцы скользнули по мокрым губам жены, по стволу друга. Анна задрожала от этого прикосновения сильнее, чем от толчков. Бруно ухмыльнулся и ускорился. Комната наполнилась влажными шлепками, стонами Анны, тяжёлым дыханием.

— Кончай в меня, — потребовала она. — Хочу, чтобы он видел, как ты заливаешь его жену. Хочу вытекать на пол перед ним.

Бруно рыкнул, вошёл до конца и замер, бёдра дёрнулись. Анна почувствовала горячие толчки внутри — густые, обильные. Она сжала киску, выдоила его, стоная сквозь зубы. Когда он медленно вышел, белая густая струя потекла вслед за головкой, вылилась на покрывало. Анна раздвинула губы пальцами, показала мужу зияющую, залитую дырку.

— Смотри. Полная. Твоя жена полна чужой спермы. И мне мало.

Она перевернулась на живот, встала на колени лицом к Рафаэлю. Бруно, всё ещё твёрдый, подошёл сзади снова. На этот раз он сплёвывал на её задний проход, растирал большим пальцем. Анна кивнула, глядя мужу в глаза.

— Да. Туда тоже. Хочу, чтобы ты видел, как меня берут во все дыры.

Бруно приставил головку. Давил медленно. Анна выдыхала, расслаблялась, принимала. Сфинктер растянулся, пропустил головку, потом ствол сантиметр за сантиметром. Когда он вошёл полностью, Анна завыла низко, лоб упёрся в колени мужа. Бруно начал двигаться — коротко, глубоко. Ягодицы шлёпали. Анна одной рукой дрочила себе клитор, другой сжала вялый член Рафаэля.

— Дрочи мне в лицо, рогоносец. Кончи мне на язык, пока меня ебут в жопу. Быстрее.

Рафаэль двигал рукой лихорадочно. Стыд и возбуждение смешались в один горячий ком. Бруно трахал её зад жёстче, держал за волосы, заставляя смотреть на мужа. Анна высовывала язык, ждала. Рафаэль кончил жалко, тонкой струёй — попал на щёку, на губы, на язык. Анна слизала, проглотила, усмехнулась.

— Даже кончаешь как слабак. Мало и быстро.

Бруно ускорился в её заднице. Анна кончила шестой раз — сухо, судорожно, крича в голос, тело билось. Бруно вытащил, кончил второй раз ей на раскрытую задницу и на спину — густые белые полосы стекали между ягодиц, смешивались с уже вытекающей из киски спермой. Анна рухнула на покрывало, раздвинув ноги шире, пальцами размазала всё по губам, по клитору, засунула два пальца в себя и вытащила белую нить, показала мужу.

Рафаэль сидел, член обмяк, лицо горело. Бруно вытерся краем покрывала, застегнул джинсы не до конца — ствол ещё тяжёлый, виднелся. Анна посмотрела на мужа снизу вверх, глаза мутные от ебли, губы припухшие, сперма на подбородке.

— Завтра он придёт снова. И ты снова будешь сидеть. А я буду брать его хуй, пока ты не научишься хотя бы смотреть правильно. А сейчас… — она подняла зад выше, раздвинула ягодицы пальцами, показала обе дырки, красные, растянутые, текущие. — Лизни. Лизни свою жену, пока из неё капает чужое семя. Давай, рогоносец. Вылижи меня начисто, сука.