Тени в красной комнате

Они приехали в «Красную комнату» уже после десяти. Хьюго припарковал машину, выключил двигатель и несколько секунд просто смотрел на огни загородного клуба. Ему было сорок два, он до сих пор ходил на работу в серых костюмах и считал дедлайны, а Брижит — тридцать восемь, риелтор с острыми каблуками и голосом, от которого клиенты моментально выписывали чеки — уже расстёгивала пальто. Под ним было почти ничего: чёрное кружево, чулки до середины бёдер, короткая юбка, которая при любом движении показывала край трусиков.

— Дыши, — тихо сказала она, касаясь его колена. — Мы оба этого хотим. Ты сам просил.

Хьюго кивнул. В штанах уже было тесно от одной мысли, что сейчас начнётся.

Внутри пахло дорогим деревом, кожей и чем-то сладко-дымным. Брижит сразу увидела его — Ксавье, двадцать девять, инструктор по фитнесу, которого им рекомендовали «для особых вечеров». Высокий, плечи как у борца, руки в венах, чёрная футболка обтягивала грудь, а взгляд спокойный, голодный, будто он уже знал, зачем они здесь. Брижит улыбнулась ему первой, медленно, почти нагло, и пошла прямо.

— Привет, — сказала она, останавливаясь слишком близко. — Ты Ксавье?

— Ага. А ты, значит, та самая Брижит. — Он окинул её взглядом сверху вниз, не стесняясь. — Муж привёл посмотреть, как тебя правильно ебут?

Хьюго стоял в трёх шагах, чувствуя, как уши горят. Брижит рассмеялась низко, взяла Ксавье за запястье и положила его ладонь себе на задницу. Тот сразу сжал — жёстко, собственнически, пальцы впились в упругое мясо через тонкую ткань юбки.

— Именно, — прошептала она ему в ухо так, чтобы Хьюго слышал. — Он любит смотреть, как чужой толстый хуй меня растягивает. Правда, милый?

Хьюго сглотнул и сел в углу на низкий кожаный диван, как они договаривались. Кровь стучала в висках. Унижение жгло щёки, а член уже стоял колом, прижатый к белью. Ксавье мял задницу Брижит открыто, прямо при нём, провёл большим пальцем по ложбинке, задрал край юбки и шлёпнул ладонью по голому бедру. Брижит тихо охнула и подалась назад.

— Красивая шлюшка, — пробормотал Ксавье ей в шею. — Пахнешь уже возбуждённой. Муженёк разрешил всё?

— Всё, — выдохнула Брижит, глядя прямо на Хьюго. — Сегодня я его. Можешь трогать, куда хочешь.

Ксавье так и сделал. Рука нырнула под юбку, нащупала мокрые трусики, провела пальцами между губ прямо через кружево. Брижит раздвинула ноги чуть шире, опираясь одной рукой о его грудь. Хьюго видел, как ткань потемнела от её соков, видел, как Ксавье шепчет ей что-то пошлое — «какая ты горячая сука», «сейчас я тебе эту киску разъебу так, что домой будешь еле идти» — и как она кивает, кусая губу.

Напряжение лопнуло, когда Брижит внезапно потянула Ксавье за шею и впилась ему в рот. Глубокий, мокрый поцелуй на глазах у мужа: языки, слюна, её рука уже на ширинке инструктора. Она сжала выпуклость, провела ладонью вдоль толстого ствола через ткань штанов и громко, чётко, чтобы Хьюго не мог притвориться, что не слышит, сказала:

— Сегодня мне нужен настоящий мужик. Не твой жалкий членчик, Хьюго. Понял? Я хочу, чтобы меня выебали как следует.

Хьюго вспыхнул до корней волос. Член дёрнулся. Он кивнул — один раз, резко. Они оба этого жаждали, договаривались неделями, мастурбировали под разговоры, как именно Ксавье будет её ломать. Брижит улыбнулась мужу почти нежно и тут же потянула Ксавье за руку.

— Пошли. Дверь оставим открытой. Пусть смотрит.

Красная комната оправдала название: стены глубокого бордового, огромная кровать с чёрным бельём, зеркала, мягкий свет. Брижит не стала тянуть. Как только Ксавье закрыл за ними только наполовину — щель осталась широкой, — она опустилась на колени прямо на ковёр. Расстегнула ему ширинку, вытащила тяжёлый, толстый, в венах хуй. Головка уже блестела. Брижит облизала губы и насадилась ртом сразу глубоко, жадно, с влажным чмоканьем. Слюна потекла по подбородку. Она заглатывала до самого горла, давилась, глаза слезились от удовольствия, а одной рукой дрочила то, что не влезало.

— Блядь, — выдохнул Ксавье, держа её за волосы. — Смотри, как твоя жена сосёт. Глубже, сука. Вот так… глотай.

Хьюго сидел на стуле у двери, расстегнув свои брюки, и дрочил медленно, глядя, как слюни Брижит тянутся нитями, как она хрипит и всё равно насаживается снова. Слёзы удовольствия блестели на её щеках. Она отстранилась только чтобы тяжело дышать и сказать мужу хрипло:

— Видишь? Вот какой должен быть хуй. Толстый. Живой. Не твой.

Ксавье поднял её, развернул, согнул раком у края кровати. Юбку задрал до поясницы, трусики сдёрнул в сторону. Пальцами проверил — киска хлюпала. Он плюнул на головку и вогнал сразу на всю длину. Брижит вскрикнула, пальцы впились в простыню. Ксавье начал ебать жёстко, глубоко, шлёпая яйцами о её клитор, шлёпая ладонью по заднице до красных пятен.

— Шлюха мужа-рогоносца, — рычал он в такт толчкам. — Твоя дырка жрёт мой хуй. Слышишь, как чавкает? А ну скажи ему.

— Смотри! — кричала Брижит, глядя на Хьюго через плечо мокрыми глазами. — Смотри, как настоящий мужчина меня разъёбывает! А-ах… глубже… да!

Она кончила первый раз быстро, сжавшись вокруг него, ноги задрожали. Ксавье не остановился. Вытащил, плюнул на тугой розовый анус и начал вдавливать головку туда. Брижит выла от смеси боли и кайфа, но сама подавалась назад.

— В попку… да… разъеби мне жопу… Хьюго, смотри, он в моей заднице…

Ксавье чередовал: несколько жёстких толчков в киску, потом снова в анус, шлёпал, называл грязными словами, держал за бёдра так, что на коже оставались следы пальцев. Брижит кончала снова, уже хрипло, почти плача от переполнения, и каждый раз орала мужу, чтобы тот не смел отводить взгляд. Хьюго дрочил быстрее, стыд и возбуждение мешались в одно горячее месиво в груди. Сперма уже подступала, но он держался — им нельзя было кончать раньше, так они договорились.

Ксавье ускорился. Вошёл в её киску до упора, замер и с низким стоном начал кончать внутрь — густыми, горячими толчками. Брижит чувствовала, как наполняет, как течёт уже по бёдрам. Он ещё пару раз качнул бёдрами, выдавливая остатки, потом вытащил. Из растраханной дырки сразу потекла белая струйка.

— Теперь, — сказал Ксавье хрипло, глядя на Хьюго, — иди сюда. На кровать. На спину.

Хьюго подчинился, сердце колотилось. Ксавье подтолкнул Брижит.

— Садись ему на лицо. Пусть вылижет всё, что я в тебя накачал. Рот открывай шире, рогоносец. Будешь глотать мой крем из киски своей жены.

Брижит, вся мокрая, дрожащая, с спермой, стекающей по внутренней стороне бедра, медленно опустилась над лицом мужа. Хьюго видел вблизи распухшие губы, белёсые капли, её клитор. Запах секса ударил в нос. Она уже опускалась ниже, касаясь его губ, а Ксавье стоял рядом, всё ещё полутвёрдый, и гладил свой хуй, глядя на них обоих с лёгкой ухмылкой, явно не закончив на сегодня.

Брижит села плотнее.

Брижит села плотнее. Мокрая растраханная киска прижалась к губам Хьюго, и он сразу почувствовал густую тёплую сперму Ксавье — солоноватую, чужую, обильную. Она хлюпнула прямо ему на язык, потекла по подбородку. Брижит застонала низко, ухватилась за изголовье и начала тереться, размазывая всё по его лицу.

— Лижи, сука, — прошипела она, глядя вниз. — Вылижи дочиста, что настоящий мужик в меня накачал. Я хочу, чтобы ты глотал каждую каплю.

Хьюго открыл рот шире, язык высунул, принялся сосать и хлебать. Запах чужого секса бил в нос так сильно, что голова кружилась. Он чувствовал, как распухшие губы жены скользят по его рту, как клитор трётся о нос. Брижит двинулась бёдрами сильнее, вдавливая киску ему прямо в лицо, и Хьюго захрипел, но продолжал лизать — жадно, послушно, вылизывая белёсые струйки из её дырки.

Ксавье стоял рядом, медленно дрочил уже снова твердеющий толстый хуй. Он смотрел на них с ухмылкой, потом обошёл кровать, забрался сзади Брижит на колени и раздвинул её ягодицы.

— Красиво, — пробормотал он. — Рогоносец жрёт мой крем, а я пока эту жопу ещё разок проверю.

Он плюнул прямо на её анус — уже красный, слегка приоткрытый от предыдущего — и сразу вдавил головку. Брижит вскрикнула, подалась вперёд, ещё сильнее усевшись Хьюго на лицо. Ксавье вошёл глубоко, одним толчком, до самых яиц, и начал ебать её задницу жёстко, ритмично, шлёпая бёдрами. Каждый толчок заставлял Брижит тереться киской о рот мужа сильнее.

— А-ах… блядь… Хьюго, чувствуешь? Он снова в моей жопе… толстый… разрывает… а ты снизу всё это глотаешь, да? Глотай, милый, глотай чужую сперму из моей дырки…

Хьюго стонал ей в киску, язык работал быстро, слизывая остатки, потом ныряя глубже, вылизывая изнутри. Стыд жёг лицо горячее спермы, но член стоял колом, пульсировал, и он дрочил себе одной рукой, не в силах остановиться. Брижит кончила снова — резко, сжавшись, залив его лицо свежими соками вперемешку с тем, что осталось от Ксавье. Она тряслась, кричала, а Ксавье только ускорился, трахая её анус ещё жёстче, держа за бёдра так, что пальцы оставляли синяки.

— Какая тугая жопа у твоей шлюхи, — рычал Ксавье, глядя прямо на Хьюго поверх её спины. — Сжимает мой хуй, как будто боится, что выскочу. А ну, скажи ему, сука, как тебе нравится.

— Обожаю… — всхлипнула Брижит, глядя мужу в глаза снизу вверх, пока тёрлась о его мокрое лицо. — Обожаю, когда меня ебут в обе дырки чужим толстым хуем, а ты лежишь и лижешь… Ты жалкий… и я так возбуждаюсь от этого…

Ксавье вытащил из её задницы с мокрым звуком, перевернул Брижит на спину прямо поверх Хьюго — так, что она лежала спиной на муже, а её ноги были раздвинуты широко. Хьюго оказался под ней, лицо всё ещё между её бёдер, а Ксавье встал спереди, задрал её ноги к груди и вогнал хуй снова в киску — до упора, одним движением. Брижит заорала, а Хьюго снизу видел всё вблизи: как толстый ствол растягивает её губы, как входит и выходит, блестя от её соков и своей же спермы, как яйца шлёпают совсем рядом с его носом.

— Смотри внимательно, рогоносец, — сказал Ксавье, трахая её глубокими мощными толчками. — Смотри, как я ебу твою жену. Чувствуешь, как она дёргается на тебе? Как чавкает?

Хьюго не мог отвести взгляд. Он лизал то, что мог достать — клитор, место соединения, края растянутой дырки. Каждый толчок Ксавье заставлял Брижит стонать громче, а её тело прижималось к Хьюго сильнее. Она тянулась руками назад, нашла член мужа, сжала его — но не стала дрочить по-настоящему, просто держала, напоминая, какой он меньше.

— Видишь разницу? — прошептала она хрипло. — Вот это — настоящий хуй. Он добивает меня… а-ах… снова… я сейчас ещё раз…

Ксавье нагнулся, схватил её за горло слегка, не перекрывая дыхание, и ебал ещё жёстче, почти выбивая из неё крики. Брижит кончила с длинным воем, сжимаясь вокруг него так сильно, что Ксавье зарычал. Он вытащил, быстро перекинул её на четвереньки опять — лицом к Хьюго, — и вошёл сзади снова, на этот раз чередуя: три-четыре толчка в киску, потом в анус, потом снова. Брижит уткнулась лицом в простыню рядом с головой мужа, смотрела ему в глаза мокрыми от слёз кайфа глазами и шептала грязное:

— Он меня ломает… Хьюго… смотри… я его… я его шлюха сегодня… а ты мой рогоносец… лижи мне соски, пока он ебёт…

Хьюго потянулся, взял её грудь в рот, сосал жёсткий сосок, пока Ксавье долбил её сзади безжалостно. Звуки были непристойные — шлепки кожи о кожу, хлюпанье, тяжёлое дыхание, мат. Комната пахла сексом, потом, спермой. Ксавье вдруг вытащил, схватил Брижит за волосы, заставил подняться на колени и сунул хуй ей в рот.

— Почисти, сука. Оближи всё, что было в твоих дырках.

Брижит жадно принялась сосать, глотая, давясь, пока слюна и остатки стекали. Ксавье держал её голову и трахал рот несколько раз глубоко, потом вытащил, развернул её лицом к мужу и толкнул вниз.

— А теперь пусть он пососёт. Прямо после тебя. Пусть почувствует вкус.

Брижит улыбнулась грязно, взяла Хьюго за волосы и притянула его лицо к всё ещё блестящему толстому хую Ксавье. Хьюго колебался секунду — унижение было полным, — но открыл рот. Ксавье сразу вогнал, и Хьюго почувствовал вкус жены, её соков, своей проглоченной спермы, всё вместе. Он сосал послушно, пока Брижит гладила его по голове и шептала:

— Хороший мальчик… соси ему… вот так… ты же хотел этого, правда?

Ксавье дал ему пососать минуту, потом оттолкнул, повалил Брижит на спину снова и вошёл в киску на всю длину. Он ебал её быстро, яростно, готовясь кончить. Брижит обхватила его ногами, царапала спину и смотрела на мужа.

— Кончай в меня… да… ещё раз наполни… Хьюго будет потом снова вылизывать…

Ксавье рыкнул, вбился до упора и кончил — густо, долго, толчками, заполняя её второй раз. Брижит чувствовала каждую порцию, стонала от переполнения. Когда он вытащил, сперма потекла обильной белой струёй. Ксавье сел на край кровати, тяжело дыша, а Брижит сразу повернулась к мужу.

— Иди сюда. Лижи. Снова. Всё. И дрочи себе, пока глотаешь.

Хьюго лёг между её ног, принялся вылизывать горячую, распухшую, текущую киску. Он пил чужую сперму, лизал глубоко, глотал. Брижит держала его за волосы, прижимала сильнее, тёрлась и тихо постанывала. Ксавье смотрел, иногда проводил рукой по её груди, сжимал соски.

— Ты хорошо его выдрессировала, — сказал Ксавье. — Настоящий рогоносец.

Брижит кивнула, глядя сверху на мужа, который лизал её так усердно, что она снова начала дрожать.

— Да… он мой хороший… но сегодня я хочу ещё. — Она потянула Хьюго вверх, поцеловала его в мокрые от спермы губы, дала почувствовать вкус самой себе. — Хьюго… милый… ты кончил уже?

Он покачал головой, весь красный, член пульсировал, на головке блестела смазка.

— Тогда кончай мне на лицо, — приказала она. — Пока я лежу с его спермой внутри. И смотри мне в глаза.

Хьюго встал на колени над ней, дрочил быстро, глядя, как из её киски всё ещё подтекает белое. Брижит открыла рот, высунула язык. Ксавье ухмыльнулся и держал её ноги раздвинутыми, чтобы Хьюго всё видел. Хьюго кончил с низким стоном — струи попали Брижит на щёки, губы, язык, часть на грудь. Она слизала то, что могла, улыбнулась грязно.

Ксавье наклонился к её уху, но говорил достаточно громко, чтобы Хьюго слышал:

— Хорошая была ночь. Но я ещё не наелся этой киски.

Брижит повернула голову к мужу, всё лицо в его сперме, тело трясётся, дырки текут, и тихо, почти нежно, но с огнём в глазах спросила:

— Хьюго… ты хочешь, чтобы он остался до утра и выебал меня ещё раз на твоих глазах, пока ты будешь только смотреть и лизать?