Ночной рынок, где лучшая подруга умоляет взять её в попку

Селена, двадцативосьмилетняя развратная блондинка с тяжёлой, сочной попкой, которая буквально разрывала узкие джинсы, шла рядом со своей лучшей подругой Хлоей по шумному ночному рынку в самом центре города. Хлое было двадцать семь; шатенка с густыми тёмными волосами и бёдрами, которые уже давно знали, что такое толстый член в заднице, она всё время «случайно» задевала Селену плечом, бедром, горячим боком. Между ними уже несколько месяцев висело тяжёлое, липкое напряжение. В переписке Хлоя писала прямым текстом: «Хочу, чтобы именно ты меня выебала в попку. Жёстко. Как шлюху. Хочу твой страпон до самых яиц». Сегодня эти слова наконец вылезли наружу.

Вокруг орали торговцы, пахло шаурмой, сладкой ватой и дешёвым вином. Фонари мигали жёлтым. Селена чувствовала, как у неё уже намокли трусики — тонкая чёрная кружевная тряпочка липла к бритой киске. Хлоя тоже не скрывала: каждые пару минут она поправляла короткую юбку, и между бёдер мелькал влажный блеск.

— Ты серьёзно до сих пор таскаешь с собой эту хуйню? — Хлоя кивнула на сумку Селены, голос уже хриплый. — Тот самый, реалистичный, с венами и тяжёлыми яйцами?

Селена усмехнулась, облизывая нижнюю губу.

— Всегда. На случай, если какая-нибудь голодная дырка попросит. А ты сегодня именно такая дырка, да, Хлоя?

Хлоя сглотнула. Её соски торчали сквозь тонкую блузку.

— Да. Хочу, чтобы ты меня оттрахала. Прямо здесь. В задницу. Грязно. Чтобы я орала.

Они свернули между двумя рядами палаток, где свет почти не доставал. Запах жареного мяса смешался с сыростью. Хлоя сразу прижалась к Селене всем телом — мягкими сиськами, горячим лоном, дрожащими бёдрами. Её рука скользнула Селене под футболку, нащупала тяжёлую грудь, сжала сосок сквозь тонкий лифчик. Вторая рука полезла Селене между ног, прямо через джинсы, надавила на набухший клитор.

— Слышишь, сука… — Хлоя шептала прямо в ухо, горячо, влажно. — Я неделю только и делала, что дрочила на мысль, как ты мне этот толстый страпон впихнёшь в жадную попку. Хочу почувствовать, как он рвёт меня. Хочу, чтобы ты держала меня за волосы и называла anal-шлюхой. Пожалуйста, Селена… выеби меня.

Селена уже не сдерживалась. Она толкнула Хлою спиной к жёсткой стенке палатки, задрала ей юбку одним движением. Трусиков на Хлое не было — только мокрая, блестящая киска и тугой розовый анус, который уже чуть приоткрывался от возбуждения. Селена сунула два пальца Хлое в рот.

— Соси. И умоляй. Громко. Чтобы все вокруг слышали, какая ты блядь.

Хлоя послушно обсосала пальцы, текущими слюнями. Потом выдохнула, почти плача от похоти:

— Селена… возьми меня в попку. Прямо здесь. Как последнюю anal-шлюху. Засунь мне свой толстый хуй до конца. Растяни меня. Выеби так, чтобы я завтра не могла сесть. Умоляю… мне так нужна твоя ебля в задницу…

Селена открыла сумку. Оттуда вылез любимый реалистичный страпон — толстый, телесного цвета, с проступающими венами, тяжёлой головкой и мошонкой, которая при каждом движении шлёпала бы по киске. Она быстро стянула джинсы до бёдер, зафиксировала страпон на бёдрах специальными ремнями так, чтобы основание жёстко тёрлось о её собственный клитор. Хлоя смотрела голодными глазами, облизываясь.

Селена схватила Хлою за волосы, притянула лицом к искусственному члену.

— Плюнь. Хорошо плюнь. И ещё. Сделай скользким, шлюха.

Хлоя плюнула густо, несколько раз, размазала слюну ладонью по всей длине, потом снова обхватила губами головку, загнала себе в горло до рвотного рефлекса, оставляя нитки слюней. Селена резко развернула её лицом к стенке, задрала юбку выше, раздвинула ягодицы пальцами. Тугой анус Хлои сократился.

— Расслабься и прими, — прошипела Селена и одним жёстким толчком вогнала головку внутрь.

Хлоя всхлипнула, но не от боли — от чистого, животного удовольствия. Её попка уже давно была разъебанной, знала толстые члены, но именно страпон Селены, именно здесь, на ночном рынке, заставил её ноги задрожать. Селена не давала привыкнуть: сразу начала долбить — глубоко, резко, до самых яиц. Каждый толчок выбивал из Хлои громкий стон.

— Блядь… да… глубже… еби мою жадную дырку… — Хлоя упиралась ладонями в ткань палатки, прогибаясь в пояснице, подставляя попку ещё развязнее.

Селена перехватила её за бёдра, поставила раком прямо там, между ящиками с овощами. Юбка Хлои была задрана до поясницы, сиськи болтались, соски тёрлись о грубую ткань. Селена вбивалась с мокрыми шлепками — слюна и естественная смазка уже хлюпали. Основание страпона яростно тёрло клитор Селены; она чувствовала, как её собственная киска течёт по бёдрам.

— Скажи, чья ты дырка, — рычала Селена, наматывая тёмные волосы Хлои на кулак и оттягивая голову назад.

— Твоя… твоя anal-шлюха… только твоя… еби сильнее… хочу чувствовать, как ты меня разрываешь…

Селена вытащила почти до конца, потом резко вогнала снова, меняя угол. Потом подняла Хлое одну ногу, поставила стопой на соседний ящик, растягивая её ещё шире. В этой позе страпон входил совсем глубоко — до упора. Хлоя уже не стонала — она скулила и материлась, одна рука судорожно дрочила собственную киску: два пальца входили в мокрую вагину, большой тёр клитор кругами.

— Я сейчас кончу… Селена, я… — Хлоя затряслась первой. Оргазм ударил жёстко: анус судорожно сжался вокруг толстого ствола, киска закапала на асфальт. Селена не остановилась — продолжала долбить сквозь схватки, заставляя Хлою кончать ещё сильнее, пока та не забилась второй волной, уже почти плача от перегрузки.

Селена сама была на грани. Трение по клитору, вид растраханной попки подруги, запах секса, чужие голоса за палаткой — всё слилось. Она вцепилась Хлое в волосы обеими руками, вбила страпон до конца и кончила с низким, звериным стоном, бёдрами дёргаясь, заливая ремни своими соками. Хлоя в это время всё ещё яростно дрочила свою киску, пальцы чавкали, и она кончила во второй раз почти сразу — громко, с дрожью во всём теле, анус пульсируя вокруг толстого хуя.

Но Селена не вытащила. Она осталась внутри, глубоко, слегка покачиваясь, чувствуя, как Хлоя ещё сокращается. Пот стекал между сисек. Хлоя дышала ртом, слюна капала с нижней губы.

— Ещё… — прошептала она хрипло. — Не вынимай. Хочу, чтобы ты продолжила. Хочу, чтобы ты меня использовала, пока я не буду пустой и трясущейся. И… — она повернула голову, глаза мутные от похоти, — я хочу, чтобы кто-то нас увидел. Или чтобы ты позвала… кого-нибудь. Мне мало. Мне нужно больше твоей ебли. И может быть… чужих рук. Или чужого хуя рядом, пока ты меня долбишь.

Селена медленно улыбнулась, всё ещё погребённая в тугой горячей попке подруги. Страпон оставался глубоко. Где-то за рядом палаток слышались мужские голоса — двое парней спорили о цене. Селена провела ладонью по вспотевшей спине Хлои, шлёпнула по красной ягодице так, что остался отпечаток.

— Тогда держись, шлюха. Ночь только начинается. Я ещё не закончила растягивать твою жадную дырку. И если ты так просишь… — она сделала ещё один медленный, глубокий толчок, заставляя Хлою снова застонать, — то мы найдём, кто поможет мне тебя добивать. Но сначала ты будешь умолять ещё громче. Прямо сейчас. Пока мой хуй в тебе.

Хлоя сжала анус вокруг ствола, выгнулась и тихо, дрожащим голосом начала снова:

— Пожалуйста… еби меня дальше… используй мою попку… сделай со мной всё, что хочешь… я твоя…

Селена медленно начала двигаться снова — уже не так рвано, а глубоко, собственнически, готовясь к тому, что будет дальше. Фонари рынка мигали. Палатка рядом чуть качнулась от ветра. Напряжение между ними не упало — оно только набрало новую, более грязную высоту.

Селена подалась вперёд ещё раз — медленно, до упора, чтобы тяжёлые искусственные яйца шлёпнули Хлое по мокрой киске. Хлоя всхлипнула и сама подалась назад, насаживаясь глубже, будто хотела проглотить страпон целиком кишками. Между ними хлюпало. Слюна, смазка, пот. Ночной рынок гудел где-то сбоку, но здесь, в щели между палатками, было только их тяжёлое дыхание и мокрые шлепки кожи о кожу.

— Громче, — потребовала Селена, наматывая тёмные волосы на кулак. — Ты сама просила, чтобы услышали. Так умоляй так, чтобы у этих торговцев стояки стали.

Хлоя не спорила. Она выгнулась дугой, одна нога всё ещё на ящике, и заорала хрипло, почти срывая голос:

— Выеби меня в попку! Жёстче! Я жадная anal-дыра, мне нужен твой хуй до самого конца, растяни меня, разъеби, я хочу быть твоей дыркой на этом рынке, пожалуйста, Селена, трахай меня как последнюю уличную шлюху…

Селена зарычала и ускорилась. Теперь она долбила коротко, зло, глубоко — каждый толчок выбивал из Хлои новый стон. Основание страпона яростно тёрло клитор Селены; её собственная киска текла ручьём, соки стекали по внутренней стороне бёдер, смешиваясь с потом. Она шлёпнула Хлою по ягодице ладонью — раз, два, три — оставляя красные пятна, и Хлоя только громче скулила от удовольствия, сжимая анус вокруг толстого ствола.

— Пальцы в киску, — приказала Селена. — Дрочи себя, пока я рву тебе зад. Хочу видеть, как ты течёшь на асфальт.

Хлоя послушно запихнула себе сразу три пальца. Чавканье стало громче. Она трахала себя в вагину в том же ритме, в каком Селена долбила её попку, и через минуту уже дрожала всем телом, близкая к очередному оргазму. Селена это чувствовала — тугие кольца мышц пульсировали, сжимали страпон, пытались удержать.

Именно тогда двое парней, что спорили о цене за соседним рядом, замолчали. Шаги. Скрип. Потом низкий свист.

— Ого… — голос лет тридцати, хрипловатый. — Нихуя себе шоу.

Селена не остановилась. Она посмотрела через плечо Хлои — двое: высокий в кожаной куртке, лет за тридцать, и второй чуть младше, крепкий, с тёмной щетиной. Оба смотрели голодными глазами. У обоих уже явно стояло.

Хлоя повернула голову, глаза мутные, рот открыт, слюна на подбородке. Она не испугалась. Наоборот — улыбнулась грязно и прохрипела:

— Смотрите… смотрите, как меня ебут в зад. Хотите ближе? Можно. Только руками пока. И только если она разрешит.

Селена усмехнулась, не вынимая страпон.

— Подойдите. Можете трогать её сиськи, киску, можете засунуть ей пальцы в рот. Но в попку сегодня только я. Пока. А ты, Хлоя… скажи им, чего ты хочешь.

— Хочу, чтобы вы смотрели, как меня разрывают, — выдохнула Хлоя. — Хочу, чтобы один держал мне руки, а второй дал пососать. И чтобы Селена продолжала меня ебать, пока я не потеряю голос. Мне двадцать семь, я взрослая сука, и я этого хочу. Прямо сейчас.

Парни переглянулись — и шагнули ближе. Высокий встал спереди, расстегнул ширинку, достал толстый тёмный член. Хлоя без паузы открыла рот и взяла головку до горла, давясь, пуская слюни на ствол. Второй обхватил её сиськи сзади-сбоку, сжал жёстко, выкрутил соски, потом сунул руку ей между ног — туда, где уже работали её собственные пальцы — и добавил два своих. Хлоя застонала вокруг члена, анус судорожно сжался.

Селена потеряла остатки тормозов. Она вбивалась яростно, глядя, как подруга одновременно сосёт чужой хуй и принимает пальцы в киску. Влажные звуки слились в одну грязную какофонию: шлепки яиц страпона, чавканье, стоны, хлюпанье. Селена наклонилась, укусила Хлою за плечо и прорычала прямо в ухо:

— Смотри, какая ты дырка. На рынке. Между овощными ящиками. С двумя незнакомыми хуями рядом и моим в твоей растянутой жопе. Скажи им, чья ты.

Хлоя отпустила член изо рта только на секунду, нитка слюны тянулась от губ к головке:

— Я… я anal-шлюха Селены… её жадная разъёбанная попка… ебите меня руками, смотрите… а она пусть рвёт мне зад до крови от удовольствия…

Селена схватила её за бёдра ещё жёстче и начала долбить без жалости — длинные, глубокие толчки до самого основания. Хлоя кончила первой из этой волны: забилась, закричала с полным ртом члена, анус замолотил вокруг страпона судорогами, киска залила пальцы обоих — свои и чужие — тёплыми струйками. Селена не дала передышки. Она продолжала трахать её сквозь оргазм, продлевая его, заставляя Хлою скулить и дёргаться.

Высокий кончил ей на язык и щёки с низким стоном — густые белые капли стекли по подбородку на сиськи. Хлоя сглотнула что смогла, остальное размазала пальцами по губам, как гордая тварь. Второй всё ещё мял её киску, и она снова начала подниматься к краю.

— Ещё, — потребовала Селена. — Я ещё не кончила. И ты не пустая. Ты хотела, чтобы тебя использовали — так получай.

Она вытащила страпон почти полностью — головка растянула розовый анус в широкое блестящее кольцо — и всадила обратно одним ударом. Хлоя взвыла. Селена повторила. Снова. Снова. Ритм стал зверским. Основание молотило её клитор без пощады. Она чувствовала, как собственный оргазм поднимается горячей волной от низа живота, как ноги начинают дрожать.

— Кончай со мной, — прошипела она. — Сейчас. Сжимай жопу. Покажи этим, какая ты хорошая дырка.

Хлоя вставила себе пальцы глубже, второй парень прижал большой палец к её клитору, и она сорвалась. Оргазм ударил так, что колени подкосились; она бы упала, если бы Селена не держала её за волосы и бёдра. Анус пульсировал бешено, сжимал, доил страпон. Селена вбилась до конца, прижалась всем телом и кончила с животным стоном — бёдра дёрнулись, киска сжалась, соки залили ремни и потекли вниз. Она продолжала коротко толкаться, выдаивая остатки удовольствия, пока перед глазами не вспыхнули белые пятна.

Парни, тяжело дыша, отошли на шаг. Хлоя висела на руках Селены, тряслась, анус всё ещё сокращался вокруг толстого ствола. Слюна, сперма, её собственные соки блестели на бёдрах и юбке. Селена медленно, очень медленно вытащила страпон. Анус Хлои остался приоткрытым, мигая, выпуская густую смесь смазки. Селена провела головкой по этой дырке ещё раз, подразнивая, и Хлоя только тихо застонала.

— На колени, — сказала Селена хрипло. — Вылижи свой вкус с моего хуя. И поблагодари.

Хлоя послушно опустилась прямо на асфальт между ящиками. Обхватила страпон губами, обсосала его медленно, тщательно, собирая всё, что осталось от их ебли. Потом поцеловала тяжёлые яйца и прошептала:

— Спасибо… что выебала меня в попку на этом рынке… что сделала из меня шлюху… что позволила им смотреть… я твоя…

Селена сняла ремни. Страпон тяжёло шлёпнулся ей в ладонь. Она вытерла его о юбку Хлои — нарочно, грязно — и убрала в сумку. Парни уже застёгивались, переглядываясь, ещё не веря, что это было по-настоящему. Селена кивнула им коротко:

— Можете идти. Шоу закончено. Она получила, что просила.

Они ушли, оглядываясь. Хлоя всё ещё стояла на коленях, дышала ртом, юбка задрана, попка красная, открытая, испачканная. Селена подняла её за подбородок, поцеловала глубоко, грубо, делясь вкусом спермы и слюны, потом помогла встать. Ноги у Хлои разъезжались.

Они привели себя в относительный порядок — насколько это было возможно. Юбка опущена. Джинсы Селены застёгнуты. Пот и следы на бёдрах никуда не делись, но фонари рынка мигали как ни в чём не бывало, торговцы орали про цены, пахло шаурмой. Будто ничего и не произошло. Будто между двумя рядами палаток только что не разъебали одну взрослую женщину в зад до потери дара речи.

Они вышли в более людную часть. Хлоя шла вразвалку, морщась и улыбаясь одновременно, каждый шаг напоминал ей, как её растянули. Селена держала её за талию собственнически. Напряжение между ними всё ещё горело, но уже иначе — сытое, тяжёлое, липкое.

У самого выхода с рынка, под яркой вывеской, Хлоя вдруг остановилась. Достала из крошечной сумочки телефон, разблокировала и показала Селене экран — длинную переписку, голосовые, фото своей попки с пальцами внутри и подписями «только ты». Потом тихо, почти нежно, но с той же грязной усмешкой произнесла:

— А теперь самое смешное, солнышко. Все эти месяцы «умляний», все «выеби меня как шлюху», весь этот рынок… я писала сценарий. Каждое слово. Каждый стон. Даже то, что «позвать кого-нибудь». Ты думала, что берёшь меня. А я с первого сообщения вела тебя сюда за руку — и заставила трахнуть меня именно так, как мне было нужно.

Селена замерла. Хлоя поднялась на цыпочки, лизнула её в губы и закончила совсем тихо, добивая последней фразой, от которой всё, что было до, вдруг встало на место:

— Спокойной ночи, моя хорошая игрушка. В следующий раз страпон будет на мне.