Он связал её в подсобке книжного, пока наши пары ждали снаружи

В маленьком книжном магазине на тихой улочке царила пыльная тишина, пропитанная запахом старой бумаги, кожи переплётов и едва уловимым ароматом возбуждения, который уже витал в воздухе. 28-летний Артём, владелец этого заведения, высокий, широкоплечий мужчина с тёмными волосами и тяжёлым, пронизывающим взглядом, который сразу выдавал в нём прирождённого хозяина, стоял в тесной подсобке, заставленной стеллажами. Рядом с ним перебирал коробки его лучший друг, 26-летний Максим, слегка сутулый парень с мягкими чертами лица. Снаружи, у входной двери магазина, их ждали девушки: 24-летняя Даша, подруга Артёма — стройная блондинка в лёгком летнем платье, которая нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и болтала о каких-то пустяках, и 25-летняя Вика, девушка Максима — пышногрудая брюнетка с длинными ногами, обтянутыми узкой юбкой, и тем самым дерзким огоньком в карих глазах, который уже давно сводил Артёма с ума.

Они якобы зашли сюда вчетвером, чтобы найти редкую книгу по просьбе одного из постоянных клиентов. Но на самом деле это был лишь предлог. Артём и Вика уже несколько месяцев играли в опасную игру. Всё началось с случайных взглядов, а потом переросло в нечто большее. Она специально провоцировала его при каждой встрече, а он отвечал тем самым тяжёлым, доминантным взглядом, от которого у неё сразу намокали трусики. Сейчас, когда они втроём — Артём, Максим и Вика — зашли в подсобку, а Даша осталась караулить снаружи у витрины, напряжение стало почти невыносимым.

Вика двигалась первой. В тесном проходе между стеллажами она «случайно» прижалась своими пышными бёдрами к его боку, когда тянулась за какой-то коробкой на верхней полке. Её упругая задница в обтягивающей юбке медленно провела по его бедру, и Артём почувствовал, как его толстый хуй мгновенно начал наливаться кровью в джинсах. Она наклонилась ближе, якобы шепча Максиму про какую-то книгу, но на самом деле её горячие губы почти коснулись уха Артёма.

— Я уже теку, представляя, как ты грубо возьмёшь меня прямо здесь, хозяин… — выдохнула она едва слышно, так, чтобы Максим не расслышал. — Твой ремень на моих запястьях… твой хуй в моей глотке… пока твоя Даша и мой Максим стоят снаружи как дураки.

Артём не ответил словами. Он просто повернул голову и посмотрел на неё тем самым жёстким, собственническим взглядом — взглядом мужчины, который уже решил, что эта 25-летняя сучка будет его сегодня. Вика прикусила губу, её соски мгновенно затвердели под тонкой блузкой, а между ног стало горячо и мокро. Внутри неё всё кричало: «Наконец-то. Максим никогда не сможет так. Он слишком нежный. А Артём… он сломает меня и сделает своей грязной шлюхой, и я этого хочу больше всего».

Максим что-то бормотал про полки сзади, но его голос был фоном. Вика сделала ещё один шаг — провела ладонью «случайно» по ширинке Артёма, почувствовав, какой он уже твёрдый, и тихо застонала. Артём схватил её за запястье — сильно, властно — и сжал так, что она тихо пискнула. Этот жест сказал больше любых слов: «Ещё одно движение — и я тебя свяжу».

Напряжение взорвалось в тот момент, когда Вика, не выдержав, быстро шагнула к двери подсобки, закрыла её на старый железный крючок и повернулась к Артёму. Её глаза горели чистым, животным желанием. Голос дрожал, но был твёрдым:

— Свяжите меня, хозяин, пока они не вошли. Пожалуйста. Я ваша. Используйте меня жёстко.

Артём переключился мгновенно. Всё мягкое исчезло. Он стал тем самым доминантом, которого она так долго провоцировала. Одним мощным движением он прижал её спиной к стеллажу. Деревянные полки задрожали, несколько книг упало на пол. Его большая ладонь легла ей на горло — не сдавливая, но достаточно сильно, чтобы она почувствовала контроль. Второй рукой он грубо задрал её юбку до талии. Под ней были тонкие чёрные трусики, уже полностью промокшие в промежности.

— Ты сама напросилась, грязная изменщица, — прорычал он низко, почти в самое ухо. — Теперь будешь молчать и принимать всё, что я дам.

Он резко сорвал трусики с неё — ткань треснула, и Вика всхлипнула от внезапной силы. Скомкав мокрую ткань в плотный комок, он без церемоний затолкал его ей в рот, глубоко, так что она сразу начала слегка давиться своей собственной сладкой влагой. Глаза Вики закатились, но она активно замычала, сосая кляп, словно это был его хуй. Слёзы удовольствия выступили на глазах, но её киска буквально потекла — прозрачные капли потянулись по внутренним сторонам бёдер.

Артём снял свой толстый кожаный ремень одним движением. Металлическая пряжка звякнула. Он грубо развернул Вику лицом к стеллажу, завёл ей руки за спину и туго, безжалостно обмотал ремень вокруг запястий. Кожа впилась в нежные руки 25-летней женщины, оставляя сразу красные полосы. Она застонала сквозь кляп, выгнула спину, выставляя круглую, упругую жопу.

— На колени, шлюха, — приказал он и сильно, звонко шлёпнул ладонью по её правой ягодице. Шлепок разнёсся по подсобке. Кожа мгновенно покраснела. Вика послушно рухнула на колени, связанные руки заставили её грудь выпятиться вперёд. Блузка натянулась на полных сиськах, соски торчали как камешки.

Она текла. Киска блестела, губы набухли, клитор высунулся из-под капюшона. Вика активно мычала сквозь трусики во рту: «Мммм! Господин… мммм!» Это было ясно — «используй меня как грязную шлюху, я твоя». Она сама раздвигала колени шире, насколько позволяла поза, показывая свою мокрую, готовую пизду. Её мысли крутились вихрем: «Даша и Максим стоят снаружи… они могут постучать в любой момент… а я здесь на коленях, связанная, с кляпом из своих трусов… и это самое горячее, что было в моей жизни. Накажи меня. Сломай».

Артём смотрел на неё сверху вниз, его толстый, венозный хуй уже был вытащен из джинсов и стоял торчком, головка блестела от предэякулята. Он схватил её за волосы, дёрнул голову назад и ещё раз сильно шлёпнул по жопе — раз, другой, третий. Каждый шлепок заставлял её тело вздрагивать, а из пизды вытекало всё больше соков, капая на пыльный пол.

— Проси, сука, — процедил он.

Вика умудрилась на секунду вытолкнуть кляп языком и прохрипела хриплым, полным похоти голосом:

— Накажи меня по-настоящему, господин… Я грязная шлюха вашего лучшего друга… Ебите меня, пока наши пары ждут снаружи. Сделайте так, чтобы я не могла сидеть.

Артём снова затолкал кляп ей в рот, поставил её раком прямо на полу подсобки. Её связанные руки лежали на пояснице, лицо прижалось щекой к холодному полу между коробками. Он широко развёл её колени, плюнул на свой толстый хуй и одним грубым, глубоким толчком вошёл в её текущую пизду до самых яиц. Вика завыла сквозь кляп — длинно, протяжно. Её стенки плотно обхватили его, горячие, мокрые, жадно сжимаясь.

Он начал трахать жёстко, глубоко, без всякой нежности. Каждый толчок заканчивался громким шлепком его бёдер по её красной от ударов жопе. Одной рукой он продолжал сильно шлёпать — то по одной ягодице, то по другой, то по самому чувствительному месту у входа в пизду. Второй рукой крепко держал её за волосы, выгибая шею назад, словно натягивал поводок. Подсобка наполнилась влажными чавкающими звуками, её мычанием и его низким рычанием.

— Вот так, принимай хуй того, кого ты хотела месяцами, блядь. Твоя киска сосёт меня как последняя шлюха. Даша снаружи думает, что мы ищем книгу, а ты здесь раздвинула ноги и кончаешь на член лучшего друга своего парня.

Вика дрожала всем телом. Первый оргазм накрыл её быстро — ноги задёргались, пизда начала сильно пульсировать, выдавливая вокруг его хуя густые сливки. Она мычала без остановки, слёзы текли по щекам, но глаза были полны чистого блаженства.

Артём не остановился. Он вытащил мокрый хуй, резко поднял её и посадил связанную женщину на старый деревянный стол в углу подсобки. Книги посыпались на пол. Он широко, до предела развёл её ноги, поставив ступни на края стола, и начал привязывать их тем же ремнём, который частично распустил, и нашёл в ящике толстые упаковочные шнуры. Сначала правую ногу — туго к ножке стола, потом левую. Теперь Вика сидела полностью открытая, руки за спиной, ноги растянуты в шпагат, мокрая пизда и сморщенный от возбуждения анус полностью на виду. Кляп из трусиков всё ещё торчал у неё во рту, слюни стекали по подбородку на грудь.

Артём стоял между её разведённых бёдер, проводя головкой своего толстого члена по её клитору, дразня, не давая войти. Её тело дрожало, киска сокращалась в пустоте, begging о продолжении. Он видел, как она смотрит на дверь — страх и возбуждение смешались в её взгляде. Снаружи уже послышались голоса — Даша что-то спросила у Максима, и тот ответил, что они «ещё ищут».

Артём наклонился ближе, одной рукой сжал её горло и прошептал прямо в лицо:

— Мы только начали, моя связанная шлюха. Сейчас я буду ебать тебя так, что ты будешь кричать сквозь свой кляп. А потом… потом посмотрим, успеем ли мы кончить до того, как они решат зайти. Ты готова просить ещё, рабыня?

Вика яростно закивала, её растянутая пизда пульсировала, капая на стол, тело выгибалось насколько позволяли верёвки и ремень. Напряжение висело в воздухе густым, тяжёлым облаком — они оба знали, что это ещё не конец. Голоса снаружи стали ближе. Артём улыбнулся хищно и медленно, очень медленно начал погружать свой толстый хуй обратно в её горячую, связанную щель, растягивая момент, зная, что следующий толчок будет ещё жёстче.

Артём резко толкнулся вперёд, вгоняя свой толстый венозный хуй до самого основания в горячую, пульсирующую пизду Вики. 25-летняя брюнетка дёрнулась всем телом, верёвки и кожаный ремень впились в её запястья и лодыжки, оставляя глубокие красные борозды на нежной коже. Стол под ней заскрипел, несколько книг с грохотом рухнули на пыльный пол подсобки. Кляп из её собственных пропитанных соками трусиков глубоко сидел во рту, и вместо крика вырвалось только протяжное, сдавленное мычание — «Ммммххх!» — полное животной похоти и полной покорности.

Он сразу взял жёсткий ритм, долбя её связанную щель так, что бёдра звучно шлёпали по её разведённым до предела ляжкам. Каждая мышца на его широкой спине напрягалась, пот уже блестел на груди 28-летнего хозяина. Одной рукой Артём крепко сжимал её горло, чувствуя, как под пальцами бьётся пульс рабыни, второй рукой он хлестал ладонью по её набухшим сиськам, заставляя полные груди раскачиваться и краснеть от ударов.

— Глубже, сука, глубже бери мой хуй, — рычал он прямо ей в лицо, глядя в её затуманенные глаза. — Ты же сама просила связать тебя, пока наши пары стоят снаружи как последние лохи. Теперь получай. Твоя пизда хлюпает так громко, что они вот-вот услышат.

Вика не могла говорить, но её мысли неслись вихрем: «Да, хозяин… именно так… сильнее… разъеби меня, чтобы я потом неделю ходить не могла. Максим никогда не осмелится так грубо, никогда не свяжет меня, как вещь. А ты… ты мой настоящий господин. Пусть они ждут. Пусть риск. Я кончаю от одной мысли, что они могут войти в любую секунду».

Её тело уже дрожало в первом мощном оргазме этой новой фазы. Стенки пизды сжались вокруг толстого ствола, выдавливая густые сливки, которые стекали по её сморщенному анусу и капали на деревянную поверхность стола. Артём не сбавлял темп, продолжая жестоко вколачиваться в неё, растягивая её кульминацию, пока ноги Вики не начали биться в конвульсиях, а из глаз не потекли слёзы чистейшего удовольствия. Он наклонился ниже, укусил её за сосок, сильно потянул зубами, и это отправило её в новую волну — она завыла сквозь кляп, тело выгнулось дугой, насколько позволяли жёсткие путы.

Не давая ей прийти в себя, Артём вынул мокрый, блестящий от её соков хуй, быстро ослабил шнур на правой ноге и перевернул 25-летнюю шлюху на живот. Теперь её пышные сиськи прижимались к холодному столу, щека лежала на пыльной поверхности, а круглая, уже покрытая красными отпечатками ладоней жопа оказалась высоко задрана. Руки, всё ещё туго стянутые его ремнём за спиной, выгибали её спину, делая позу ещё более беспомощной и выставленной. Он снова затянул верёвку на ноге, вернув её в полную неподвижность, и провёл головкой члена по её анусу, дразня.

— Проси в жопу, рабыня, — приказал он, хотя знал, что с кляпом она может только мычать. Но Вика отчаянно закивала, толкаясь задницей назад насколько могла, показывая, как сильно хочет. Артём плюнул прямо на тугое колечко, размазал слюну большим пальцем и начал медленно, но неумолимо вдавливать свой толстый хуй в её задний проход. Вика застонала длинно и хрипло — боль смешалась с острым, запретным удовольствием, от которого по внутренней стороне бёдер снова потекли её соки.

Он вошёл до конца, полностью заполнив её кишку, и замер на секунду, давая ей привыкнуть к размеру. Потом начал двигаться — сначала размеренно, потом всё быстрее, всё жёстче. Каждый толчок заставлял стол скрипеть, её связанные руки дёргались, а сиськи тёрлись о грубое дерево, раздражая чувствительные соски. Артём схватил её за волосы, сильно оттянул голову назад и принялся шлёпать ремнём, который частично распустил с одной ноги — лёгкие, но звонкие удары по ягодицам и по спине, оставляющие свежие полосы.

— Вот так, блядь. Принимай в свою грязную жопу. Пока Даша и Максим болтают снаружи о какой-то хуевой книге, я ебу твою задницу, как последнюю изменщицу. Ты моя. Твои дырки — мои. Кончай ещё раз, сука, я чувствую, как твоя пизда сейчас снова задергается.

Вика действительно кончала — третий, самый сильный оргазм накрыл её, когда толстый хуй Артёма массировал чувствительные стенки ануса, а его пальцы грубо тёрли её клитор. Тело 25-летней женщины билось в конвульсиях, она мычала без остановки, слюни стекали по подбородку и капали на пол. Запах секса — густой, животный — полностью перебил запах старых книг. Снаружи голоса стали ближе: Максим постучал в дверь подсобки и крикнул: «Эй, вы там живы? Мы уже полчаса ждём!» Даша засмеялась следом, но в её смехе было что-то странно возбуждённое.

Артём ускорился до предела, долбя её жопу так, что кожа на его бёдрах покраснела. Он наклонился к самому уху Вики, продолжая держать её за волосы, и прошептал хриплым, доминантным голосом:

— Сейчас я залью тебя своей горячей спермой, рабыня. А потом ты пойдёшь к своему парню с моей кончей, текущей из твоей разъёбанной жопы. Поняла?

Она яростно закивала, глаза закатились. Артём напрягся, зарычал по-звериному и начал кончать — мощные, густые струи спермы выстрелили глубоко в её кишки. Он не останавливался, продолжая короткие, резкие толчки, выдавливая каждую каплю. Когда он наконец вынул хуй, из её ануса сразу потекла белая, густая сперма, смешиваясь с её соками и стекая по бёдрам на стол.

Артём тяжело дышал, но быстро привёл себя в порядок, ослабил все верёвки и ремень, вытащил кляп изо рта Вики. Она рухнула на стол, дрожа всем телом, с блаженной, совершенно разъёбанной улыбкой на лице. Слюни, слёзы и пот покрывали её кожу. Она едва могла говорить, но прошептала хриплым голосом:

— Спасибо, хозяин… это было… идеально…

Дверь подсобки внезапно открылась. На пороге стояли Максим и Даша — оба с широкими, довольными улыбками. Максим подошёл первым, нежно провёл рукой по мокрому от пота бедру своей девушки и поцеловал её в висок.

— Отлично выглядишь, Вика. Артём тебя хорошо разогрел?

Даша, 24-летняя стройная блондинка, прижалась к Артёму сбоку, запустила руку ему в джинсы и игриво сжала всё ещё полутвёрдый хуй.

— Мы слышали каждый шлепок, каждое мычание. Ты так красиво стонала, когда он драл тебя в жопу.

Вика моргнула, всё ещё в тумане послеоргазменного кайфа, а Артём только хищно усмехнулся, обнимая Дашу за талию. Напряжение последних месяцев, все тайные взгляды, все «случайные» прикосновения — всё это было частью большого, тщательно спланированного сценария. Никакой измены. Никакого риска быть пойманными. Их пары не «ждали снаружи как дураки». Они стояли там, прекрасно зная каждую деталь, слушая, возбуждаясь и дожидаясь своей очереди войти в игру.

Ведь на самом деле это была их общая договорённость с самого начала, и весь этот грубый, связанный трах в подсобке был лишь первым актом длинного вечера, где все четверо наконец-то сбросят маски и отдадутся своим самым грязным, самым желанным фантазиям вместе.