Задержка в ночи: первое желание в фургоне

Три часа ночи. Заснеженная трасса уходила в белую мглу, а фургон доставки заглох посреди нигде. Аня, двадцать два, недавно устроившаяся ночным курьером, сидела на переднем сиденье и смотрела, как Влад, двадцать восемь, водитель, пытается снова завести двигатель. Мотор только кашлял и замирал. Обогреватель ещё тянул тепло, но за стёклами уже летели крупные хлопья.

— Всё, Ань. Двигатель накрылся. До утра точно не доедем. Вызываю эвакуатор, но они часа через два-три только доберутся.

Она кивнула, поправляя шапку. Несколько недель лёгкого флирта висели между ними, как статическое электричество. Взгляды в зеркало, шутки про «горячую доставку», касания, когда он передавал ей коробки и его пальцы задерживались на её запястье. Сейчас, в тесном тёплом салоне, это напряжение стало почти физическим. У Ани уже намокали трусики — она чувствовала, как ткань прилипает к коже. У Влада, судя по тому, как он сидел, расставив ноги, уже стоял твёрдый стояк под джинсами.

— Холодно будет ждать, — тихо сказала она, снимая куртку. Под ней тонкая кофта обтягивала груди.

Влад повернулся к ней. В свете салона его глаза были тёмными.

— Тогда придвинься. Тела греют лучше.

Она пересела ближе. Их бёдра соприкоснулись. Он пах морозом, кожей и чем-то мужским, от чего у неё скрутило низ живота.

Разговор сам собой ушёл в откровенность. Сначала про смены, потом про то, как она краснеет, когда он смотрит.

— Влад… — Аня сглотнула. — Я ещё ни с кем не спала. Вообще. И сейчас… от того, что ты так близко, я вся мокрая. Пиздец как возбуждена.

Он выдохнул резко, как будто её признание ударило прямо в пах.

— Блядь, Аня. Я хочу быть твоим первым. Хочу растянуть эту девственную киску своим хуем, пока ты не закричишь. Если ты тоже хочешь — скажи.

— Хочу, — вырвалось у неё без паузы.

Он наклонился и поцеловал её. Грубо, жадно, с языком. Аня ответила, цепляясь за его куртку. Потом сама взяла его ладонь и положила себе между ног, поверх штанов. Он сразу надавил, потёр, почувствовал, какая она горячая и мокрая даже через ткань.

— Ох, блядь… ты течёшь, девочка. Твои трусики насквозь. Такая сладкая маленькая киска уже просится.

Он шептал ей в губы грязные комплименты — «мокрая сучка», «первая, но уже хочет хуй», «я сделаю из тебя свою шлюшку» — и от каждого слова у Ани сжималось внутри. Она задрожала, сама полезла к его ширинке, расстегнула молнию и пуговицу. Твёрдый член выпружинил в её ладонь — толстый, горячий, с блестящей головкой.

— Возьми в рот, — хрипло сказал он. — Хочу видеть, как ты первый раз сосу.

Аня опустилась на колени между сидений, в тесном пространстве. Обхватила ствол пальцами, лизнула головку — солоновато, жарко. Потом открыла рот шире и насадилась, неумело, слюняво, но жадно. Глубоко не получалось, она давилась, но сосала старательно, облизывая по всей длине, беря насколько могла. Влад гладил её по волосам, придерживал затылок.

— Вот так… моя первая грязная девочка. Смотри, как ты облизываешь мой хуй. Хорошая шлюшка. Глубже, Ань. Да, заглоти.

Она постанывала вокруг члена, слюна стекала по подбородку. Её киска пульсировала, требовала. Влад через минуту осторожно отстранил её.

— Раком. Сейчас.

Он помог ей встать на колени на сиденье, спустил ей штаны и трусики до колен. Задница округлая, блестящая от возбуждения. Он раздвинул её ягодицы, провёл головкой по мокрой щёлке — она дёрнулась.

— Тихо. Я войду медленно. Скажи, если больно.

— Входи, — выдохнула она. — Хочу твой хуй внутри.

Он толкнулся. Головка растянула тугое девственное отверстие. Аня вскрикнула — жгло, но жжение сразу смешивалось с остро-сладким. Он входил сантиметр за сантиметром, пока не упёрся до конца. Её киска сжималась вокруг него судорожно.

— Блядь, какая тугая… ты вся сжимаешь мой хуй. Моя девочка.

Он начал двигаться — сначала медленно, глубоко, потом жёстче, трахая её в тесном салоне так, что фургон чуть покачивался. Аня упиралась руками в спинку, стонала в голос, чувствуя, как её растягивают, заполняют. Влад шлёпнул её по заднице, оставил красный след.

— Скажи, чья ты теперь шлюшка.

— Твоя… твоя шлюшка, Влад… ах, глубже!

Он вытащил, развернул её и усадил сверху, лицом к себе. Аня сама нанизалась на его член, опускаясь до основания с протяжным стоном. Теперь она скакала — неловко сначала, потом всё увереннее, поднимаясь и падая, насаживаясь так, что её клитор тёрся о его низ живота. Влад шлёпал её по ягодицам, сжимал бёдра, смотрел снизу вверх.

— Прыгай на хуе, шлюшка. Повторяй.

— Я… я твоя шлюшка… я скачу на твоём хуе… блядь, Влад, я сейчас…

Он трахал её снизу навстречу, жёстко, глубоко. Аня впервые в жизни кончила от члена — волна рванула изнутри, киска запульсировала, сжала его так сильно, что он рыкнул. Она дрожала, кричала, ногти впивались ему в плечи, пока оргазм катил её снова и снова.

Влад не выдержал. Вбился до упора и кончил ей глубоко внутрь — горячие толчки спермы заливали её растянутую киску. Он держал её насаженной, пока выплёскивал всё до последней капли.

Они тяжело дышали, лбами соприкасаясь. Потом Влад нашёл в бардачке влажные салфетки. Осторожно вытер её между ног — белые потёки спермы на бёдрах, на мокрой, красной от траха киске. Вытер свой член, её пальцы. Аня сидела, раскрасневшаяся, с распухшими губами, и смотрела на него.

Снаружи по-прежнему мело. Эвакуатор ещё не был близко. В салоне пахло сексом, потом и спермой. Влад провёл большим пальцем по её нижней губе.

— Это только начало, Аня. Мы тут надолго. И я ещё не наигрался с твоей первой киской.

Она сжала его бедро, чувствуя, как внутри снова начинает ныть от пустоты и остатков его семени. Напряжение никуда не ушло — оно только раскалилось сильнее, обещая, что ночь ещё далеко не кончена.

Они ещё даже не успели толком отдышаться, когда Аня первой потянулась к нему снова. Пальцы скользнули по его ещё влажному, чуть обмякшему члену, и он тут же дёрнулся, наливаясь кровью прямо у неё в ладони. Влад хмыкнул, глядя, как она облизывает губы, уже припухшие от первого раза.

— Ненасытная девчонка. Только что кончила на хуе, а уже снова трёт. Хочешь ещё?

— Хочу, — сипло ответила она, сжимая его крепче. — Хочу, чтобы ты трахнул меня ещё жёстче. Чтобы я чувствовала тебя завтра, когда уже буду ходить.

Он сдвинул сиденье водителя назад до упора, развёл ноги шире и потянул её к себе. Аня перекинула ногу через него, встала на колени прямо над его лицом. Штаны и трусики всё ещё болтались где-то у щиколоток, и когда она опустилась, её растраханная, блестящая от спермы и собственных соков киска оказалась прямо у его рта.

Влад не стал медлить. Язык прошёлся по всей щели снизу вверх, собирая густую смесь, потом толкнулся внутрь, широко, жадно. Аня вскрикнула, вцепилась в подголовник. Он лизал её так, будто хотел вылизать дочиста — посасывал опухшие губы, нашёл клитор и заработал им жёстко, быстро, пока она не начала трясти бёдрами ему в лицо.

— Блядь… Влад… язык… глубже…

Он рычал ей прямо в киску, пальцы впивались в ягодицы, раздвигая их, чтобы добраться языком ещё дальше. Аня скакала на его лице, неумело, но жадно, пока новая волна не скрутила её. Она кончила с протяжным стоном, заливая ему подбородок, дрожа всем телом. Влад продолжал лизать, пока она не оттолкнула его голову, слишком чувствительная.

— Теперь моя очередь, — хрипло сказал он, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Ложись на бок. Здесь тесно, но я в тебя влезу.

Она легла вдоль сидений, он лёг сзади, прижался всем телом. Горячий толстый член упёрся между ягодиц. Влад плюнул себе на ладонь, провёл по головке, потом нащупал её мокрое отверстие и вошёл одним долгим толчком. Аня всхлипнула — киска всё ещё была тугой после первого раза, но теперь принимала его легче, хоть и сладко-жгуче растягивалась.

Он начал двигаться сразу глубоко, почти полностью выходя и снова вгоняя до яиц. Одна рука обхватила её грудь под кофтой, сжал сосок, вторая забралась между ног и нашёл клитор. Пальцы кружили по нему в такт толчкам.

— Чувствуешь, как я тебя ебу? Как хуй ходит в твоей первой дырке? Скажи.

— Ебёшь… ах… ебёшь свою шлюшку… твою киску… Влад, сильнее, блядь…

Он ускорился. Фургон слегка покачивался. Кожа шлёпала о кожу, мокрые звуки заполняли салон. Аня толкалась назад, насаживаясь сама, уже без стеснения. Сперма из прошлого раза хлюпала внутри, вытекала по бёдрам с каждым выходом. Влад кусал её плечо, шептал прямо в ухо:

— Я буду кончать в тебя всю ночь. Наполню эту киску так, что будет течь до самой Москвы. Ты моя теперь. Первая дырка — моя. Повтори.

— Твоя… первая… ах, блядь, твоя дырка… кончи в меня…

Он вытащил, перевернул её на спину как мог в тесноте, закинул её ноги себе на плечи и вошёл снова — ещё глубже, под другим углом. Аня вскрикнула, глаза закатились. Он трахал её коротко, жёстко, глядя, как её груди трясутся под тонкой кофтой. Стянул кофту вверх, взял сосок в рот, прикусил, не переставая долбить.

Аня кончила второй раз, сжав его так, что он едва не кончил сам. Она кричала его имя, ногти рвали обивку сиденья. Влад выдержал, продолжал двигаться сквозь её оргазм, пока она не обмякла, всхлипывая.

Но он не дал ей отдыха. Вытащил мокрый член, провёл головкой по её губам.

— Открой. Пососи свою киску с моего хуя.

Она послушно взяла в рот, облизывая густую смесь своих соков и его семени. Сосала грязно, слюняво, глядя снизу вверх. Влад держал её за волосы, направлял, пока не решил снова войти.

Он усадил её на себя лицом к стеклу. Аня упёрлась ладонями в приборную панель, он вошёл снизу и начал подбрасывать её. Теперь каждый толчок бил прямо в точку, от которой у неё сводило ноги. Снег колотил в лобовое, а она скакала на его хуе, глядя в белую мглу, стоная в голос.

— Смотри, как тебя ебут. Девственница-курьерша, а уже прыгает на члене, как настоящая шлюха. Кто ты?

— Твоя шлюшка… твоя грязная… первая шлюшка… еби глубже…

Влад шлёпал её по заднице в такт, оставляя красные отпечатки. Потом обхватил её талию обеими руками и просто вдалбливал снизу, жёстко, безжалостно, пока она снова не затряслась. Третий оргазм выбил из неё крик, почти плач. Киска пульсировала, сжимала его, и на этот раз он не сдержался.

Он зарычал, вбился до упора и снова залил её изнутри — густые горячие струи били в самую глубь. Аня чувствовала каждый толчок, как наполняют, как переполняет. Когда он кончил, сперма уже хлюпала и текла по его яичкам, по её бёдрам на сиденье.

Они замерли. Дышали тяжело. Влад не выходил, просто держал её на себе, поглаживая по животу.

— Ещё… — прошептала Аня через минуту, сама удивляясь своим словам. — Хочу ещё раз. Пока эвакуатор не приехал.

Он усмехнулся ей в шею, уже снова твердея внутри неё.

— Тогда встань на четвереньки у задних дверей. Я возьму тебя сзади и кончу тебе на спину. Хочешь?

— Хочу, — кивнула она, слезая с него. Сперма густо потекла по ногам, когда она встала. — Хочу, чтобы ты сделал со мной всё, что захочешь. Я твоя.

Она встала раком между сиденьями и задним отсеком, упёрлась локтями. Влад встал сзади, развёл ей ягодицы, полюбовался красной, растраханной, текущей киской и вошёл одним мощным толчком. На этот раз он ебал её без пощады — глубоко, быстро, шлёпая яйцами о мокрую кожу. Аня орала в голос, толкалась назад, просила жёстче, глубже, сильнее.

Он кончил ей на поясницу и ягодицы — густые белые полосы стекали в расщелину. Потом провёл пальцами, собрал свою сперму и засунул ей обратно в киску, трахая пальцами, пока она не кончила в четвёртый раз, почти обессилев.

Они рухнули обратно на сиденья, мокрые, липкие, пахнущие сексом. Влад нашёл ещё салфетки, но уже не стал вытирать полностью — просто промокнул самое сильное. Аня лежала у него на груди, ноги раздвинуты, киска всё ещё слабо пульсировала, выпуская белые капли.

За окном мело. До эвакуатора оставался ещё час. Влад гладил её по волосам, по мокрой спине, и его член снова медленно твердел у её бедра.

Аня посмотрела на него снизу вверх, глаза блестели.

— Мы ещё не закончили, да?

Он улыбнулся грязно, уже направляя её руку обратно на свой стояк.

В эту ночь фургон стал её первой клеткой желания, и она больше никогда не хотела из неё выходить.